знак первопоходника
Галлиполийский крест
ВЕСТНИК ПЕРВОПОХОДНИКА
История 1-го Кубанского похода и Белых Армий

Содержание » № 63-64 Дек.1966 - Янв. 1967 г. » Автор: Альмендингер В. 




В. Альмендингер.
ОРЛОВЩИНА
(Окончание, см. №№ 59/60 и 61/62)

Ген. Шиллинг, встревоженный занятием Ялты Орловым, посылает против него войсковые части и из Севастополя военное СУДНО "Колхида" с десантом. 7-го февраля ген.Шиллинг посылает телеграмму ген.Врангелю: "Севастополь и его район в осадном положении. Hp.2950 7/2 20 года. Джанкой. Генлейт. Шиллинг".

"Колхида" прибыла в Ялту. "Принимавшие участие в десанте, - пишет Г.Раковский, - переговорили с "орловцами" и, не выполнив приказа, возвратились в Севастополь, о чем Шиллинг узнал случайно". Генерал Деникин говорит: "Морское начальство не приняло никаких мер против мятежников и не сочло нужным уведомить об этом факте ген.Шиллинга".

Вслед за телеграммой № 2950 (см.выше) ген.Шиллинг посылает генералу Врангелю другую телеграмму следующего содержания:

"Севастополь ген.Врангелю, копия ген.Лукомскому, Тихорецкая
Наштаглав.

"Большевики готовят новую атаку на Крым. Между тем в тылу происходит брожение среди офицерства и других групп, а также продолжается движение группы кап.Орлова, и все это может окончательно разрушить тыл и отдать большевикам Крым. Прошу Ваше Превосходительство принять на себя начальствование над всеми сухопутными и морскими силами, находящимися в районе Алушта, Бахчисарай, устье Альмы, все пункты включительно, с подчинением вам комкрепа Севастополь, флота, отряда полк.Ильина, находящегося в Алуште, и отряда полк.Головченко, находящегося в Бахчисарае. Ваша задача мерами, какие вы признаете целесообразными, успокоить офицерство, солдат и население и прекратить бунтарство кап.Орлова, направив его на фронт для пополнения редеющих частей ген.Слащева. Джанкой. 7.2.1920 года 11 часов. Нр.0231483. Шиллинг."

На эту телеграмму ген.Врангель в тот же день (7-го февраля, 21 час. за № 625) ответил ген.Шиллингу, что всякое разделение власти в Крыму при существующем уже многовластии лишь усложнит положение и увеличит развал тыла, а потому от сделанного предложения он отказывается, о чем и просит сообшить всем тем, кому была послана телеграмма Шиллинга.

"Между тем телеграмма ген.Шиллинга была принята некоторыми из адресатов, как уже совершившийся факт назначения ген.Врангеля, и к нему посыпался ряд сообщений от губернатора, начальника гарнизона Ялты, полк.Ильина и др. Одни приветствовали его по случаю назначения и выражали уверенность, что наконец тыл будет приведен в порядок, другие обращались с просьбой скорее приехать в Ялту, так как Орлов, мол, согласен подчиниться только ему, ген.Врангелю, и только по его приказанию он выступит со своим отрядом на фронт.

В это самое время ген.Врангель от одного из офицеров направленного в Ялту на "Колхиде" отряда получил воззвание кап.Орлова (см. выше). Немедленно, 8-го февраля, ген.Врангель телеграфировал кап. Орлову:

"Ялта капитану Орлову. Копии: ген.Зыкову, Джанкой ген.Шиллингу, Севастополь ген.Лукомскому, Симферополь губернатору Татищеву, Алушта полк.Ильину и Бахчисарай Начгарнизона.

Мне доставлено воззвание за вашей подписью, в коем вы заявляете о желании, минуя всех ваших начальников, подчиниться мне, хотя я ныне не у дел. Еще недавно присяга, обязывая воина подчинению старшим начальникам, делала русскую армию непобедимой. Клятвопреступление привело Россию к братоубийственной войне. В настоящей борьбе мы связали себя вместо присяги добровольным подчинением, изменить которому без гибели нашего общего дела не можете ни вы, ни я. Как старый офицер, отдавший Родине двадцать лет жизни, я горячо призываю вас, во имя блага ее, подчиниться требованиям ваших начальников. 8 февраля 1520 года. Hp. 627. Врангель".

Ген.Лукомский, встревоженный создавшимся положением, учитывая, повидимому, растущее неудовольствие против ген.Шиллинга, посылает ген.Деникину шифрованную телеграмму, описывающую положение в Крыму:

"В дополнение к предыдущей телеграмме сообщаю, что положение осложняется тем, что все, что будет Формироваться в тылу и направляться против Орлова, будет переходить на его сторону. Распоряжение Шиллинга о направлении отрядов против Орлова, особенно если произойдет столкновение между офицерскими отрядами, поведет к полному развалу и тыла, и фронта. Против Шиллинга большое возбуждение. Выход один - это немедленное назначение Врангеля на место Шиллинга. На себя это взять не считаю возможным, но повторяю, это единственное решение для ликвидации дела без кровопролития и для сохранения фронта. Медлить невозможно. Прошу дать срочное указание. 7 февраля 1920 года. Генерал Лукомский".

Генерал Деникин не согласился с назначением ген.Врангеля в Крым, и 8-го февраля последовали два его приказа: первый об увольнении от службы генералов Лукомского, Врангеля и Шатилова и адмиралов Ненюкова и Бубнова; второй - о ликвидации крымской смуты. Второй приказ гласил:

"Приказываю:

1. Всем принявшим участие в выступлении Орлова освободить ими арестованных и немедленно явиться в Штаб 3 корпуса для направления на фронт, где они в бою с врагами докажут свое желание помочь армии и загладить свою вину.

2. Назначить сенаторскую ревизию для всестороннего расследования управления, командования, быта и причин, вызвавших в Крыму смуту и установления виновников ее.

3. Предать всех, вызвавших своими действиями смуту и руководивших ею, военно-окружному суду, невзирая на чин и положение".

В приказе, часть которого приведена выше, было упоминание, что "выступление капитана Орлова руководится лицами, затеявшими подлую политическую игру", - замечает ген.Врангель в своих мемуарах. В связи с этим упоминанием ген.Врангель отнес к себе пункт 3-й приказа и написал генералу Деникину, как говорит ген.Врангель, "под влиянием гнева письмо, которое, точно излагая историю создавшихся взаимоотношений, грешило резкостью, содержало местами личные выпады". Генерал Врангель и остальные уволенные в отставку лица покинули Крым, на этом, как будто, закончилась "борьба" за власть наверху.

"Между тем, как пишет ген.Деникин, "Орлов, запутавшийся окончательно, предпринимал уже в Ставке при посредничестве известного соц. рев. Баткина некоторые шаги, с целью подготовить себе путь отступления"... Подробностей об этом не имеется.

В это же самое время сильный и хорошо вооруженный отряд полк. Ильина, посланный ген.Шиллингом против Орлова, приближался к Ялте. Орлов, повидимому, желая избежать вооруженного столкновения, пробывши несколько дней в Ялте и сделавши выемку денег из казначейства, 10-го Февраля покинул город и ушел с отрядом в горы.

11-го февраля, однако, совершенно неожиданно кап.Орлов подчинился приказу, то есть командованию, и отправился в Симферополь. Данная ли амнистия, или страх перед уничтожением отряда, пли какая-то другая причина побудили Орлова подчиниться, то есть отдать себя и своих сподвижников в руки ген.Слащева, который только недавно называл Орлова "предателем" и писал: "Орлову не верю и повешу"? Чем объяснить этот крутой поворот? Не было ли причиной, что наверху была "борьба, которая только как будто закончилась, и Орлов надеялся на какие-то перемены?

Прежде, чем отправиться на фронт, или ближе к фронту, отряд прибыл в Симферополь, где и разместился в прежних своих помещениях. Многие, бывшие в Отряде перед выступлением в январе и покинувшие его заблаговременно, вступили в отряд снова. Вскоре приехавший в Симферополь ген.Слащев произвел отряду смотр, и отряд выступил на фронт. Ген.Слащев, вопреки приказанию ген.Шиллинга - расформировать отряд, распределив его по частям корпуса - решил сохранить его в виде отдельной части и, как пишет ген.Деникин, "проявлял к ней и к Орлову исключительное внимание".

Смотр отряду ген.Слашевым был произведен на Салгирной улице против здания Европейской гостиницы. Возвращение Орлова в Симферополь, естественно, возбудило большой интерес всех в Симферополе, особенно же чинов Симферопольского Офицерского полка. И вот как два из них вспоминают этот смотр. Шт.кап.X. пишет: "Отряд численностью около 200 человек был построен развернутым фронтом. После команды "смирно" - Орлов подошел с рапортом к ген.Слащеву. Выслушав рапорт, Слащев поздоровался с Орловым, подошел к отряду (не помню, здоровался он или нет) и обратился к отряду со словами: "Вам сказать ничего не могу, вы покажете себя на фронте" - и это все. После этого Орлов скомандовал - "направо" - и повел свой отряд", Шт.кап. М. сообщает: "Смотр ЭТОТ происходил перед зданием Европейской гостиницы на Салгирной улице. На кокардах головных уборов у "орловцев" были прикреплены зеленые веточки. Орлов был в одной гимнастерке и, как всегда, - фуражка на затылке. После слов ген.Слащева, обращенных к отряду (200-250 бойцов), генерал и Орлов сели в экипаж, и отряд, в строю по-ротно, тронулся за ними с песней:

"Марш вперед, Россия ждет
Вас, орлы Орлова,
Тыл очистили, вперед
На коммуну снова"... и т.д.

Как долго отряд пробыл в Симферополе, нам неизвестно, но за время время пребывания его в Симферополе, кроме смотра - представления, состоялся большой завтрак - "примирения". Об этом сообщает князь Романовский так: "Состоялся парад и большой завтрак - "примирения". Я ни на параде, ни на обеде не присутствовал, заявив Яше (ген.Слащеву), что я с изменниками не здороваюсь, не чокаюсь рюмками и за одним столом не сижу!.. Яша возмутился: "Все кончено, Орлов покаялся". Кто еще присутствовал на завтраке, кроме Орлова, нам неизвестно.

Отряд по железной дороге выехал из Симферополя в Джанкой (дата неизвестна), а оттуда перешел в дер.Татарская Барынь к другие деревни недалеко от Джанкоя. Здесь отряд получил новое обмундирование и вооружение. 0 СОСТОЯНИИ отряда в это время сообщает П.: "Политически отряд был неустойчив, драться не желал... И вот в ротной канцелярии открыто обсуждается заходящими туда чинами Отряда вопрос - будет ли Отряд драться с красными или, возможно, откроет фронт".

Примирение ген.Слащева с Орловым было, однако, повидимому полное: факты, что Орлов часто посещал Сладева в Штабе, и заботы об обмундировании и вооружении отряда говорят за это. Вскоре отряд был отправлен на Перекопский фронт, наиболее угрожаемый. Отряд, пройдя Воинку, не задерживаясь в ней, остановился и расположился в лежащем между Воинкой и Юшунью большом именин "Чирик". "Любопытно, - пишет один из бывших чинов Отряда, - что от Джанкоя до Чирика Отряд сопровождал один танк. Как помощь Отряду или вследствие его неблагонадежности? (??)".

23-го февраля красные, открыв по Перекопскому участку сильный артиллерийский огонь, перешли в наступление, которое развивалось для красных весьма успешно. Части 8-й кавалерийской, 46-й и Эстонской стрелковых дивизий к восьми часам 24-го овладели дер.Юшунь и продвинулись южнее ее. Однако, в 10 часов 26-го февраля наши части, перейдя в контр-атаку, после упорного боя, нанеся большие потери красным, вновь заняли Юшунь, отбросив противника в исходное положение.

Где же во время этого наступления находился отряд Орлова? - Он находился там же в имении "Чирик" и в контр-атаке не принимал участия. Отряд бездействовал, когда на фронте было очень критическое положение.

Спустя несколько дней, 3-го марта, Орлов с отрядом снялся с места своего расположения в имении "Чирик" и... пошел на Симферополь. Итак, Орлов решил оставить фронт, заявивши отряду, что "большевики прорвали фронт".

Орлов второй раз выступил против командования самостоятельно.

Какие причины побудили Орлова выступить второй раз и, на этот раз, оставить фронт в момент, столь серьезный для фронта? Об этом трудно сейчас сказать с уверенностью, но имеются две версии, которые мы и приведем. По первой версии, Орлову с отрядом было приказано выступить на фронт против наступавших большевиков. Орлов, однако, раздумывал, совещался со своими помощниками, и вот как сообщает П. о решении: "Было два выхода: или, выполняя соглашение с командованием, принять сражение, войдя в соприкосновение с красной армией, прорвавшейся южнее Юшуни; или же, при встрече с противником, перейти на его сторону. Орлов нашел третий, свой выход и, заранее обрекая свой отряд на гибель, бросился в горы"... По второй версии ген.Слащев требовал от Орлова отчета в деньгах, выбранных Орловым из казначейств в Симферополе, Алуште и Ялте. Орлов упорно отказывался, и в результате Слащев потребовал его проезда в Джанкой. Орлов, зная Слащева и предвидя плохой конец, решил сняться с отрядом и покинуть фронт. Разбирая эти две версии, первая версия кажется более правдоподобной. Орлов, зная настроение части своего отряда *) и своих ближайших помощников, выйдя на фронт - возможно - невольно открыл бы фронт, и получилась бы катастрофа. Боясь результатов этого, ответственности, он ушел дальше ОТ фронта, не сознавая, однако, что будет дальше. Против второй версии говорит то, что, будучи в Джанкое, ген.Слащев имел достаточно времени и возможности для расчета с Орловым по делу о деньгах. Имея силу и иные средства в своих руках, Слащев легко мог разделаться с Орловым.

Говорим - части, так как в нем, как увидим дальше, было много офицеров и добровольцев, верных командованию.

Ген.Слащев, однако, был предупрежден об измене Орлова двумя офицерами, отправившимися пешком в Джанкой для донесения Слащеву о предполагавшемся уходе Орлова. Немедленно были приняты меры для захвата отряда, двинувшегося в направлении на Симферополь. С Перекопского фронта в догонку Орлову были брошены три эскадрона Ингерман- ландского полка (Яновский) и из Джанкоя конвой ген.Слащева под командой кап.Мизерницкого. Отряд был настигнут под Сарабузом (недалеко от Симферополя). "Пулеметная команда и прочие, - вспоминает полк. Яновский, - думали, что за ними гналась красная конница. Орлов сказал им, что большевики прорвали йронт". Многие чины Отряда, увидевши, в чем дело, же бросили Орлова, а он, кап.Дубинин и горсть оставшихся верными ему ускакали на конях и тачанках. Догнать их не могли, и они укрылись в горах, где к тому времени Орлов имел много знакомых татар, которые укрывали его, да и он сам знал местность очень хорошо. Чины же его отряда, сдавшиеся под Сарабузом, признали все безрассудство действий Орлова, вступили в части Армии и верно служили до самого конца.

Ген.Слащев отдал приказ с сообщением о ликвидации отряда Орлова, в котором говорилось:

"3 марта капитан Орлов опять нарушил долг службы. Приказом № 57, посланным вам в копии, я объявил его преступником и подлецом, о чем разбросал воззвания с аэроплана по его войскам и сего марта послал войска и выехал на Сарабуз, так как Орлов пошел на Симферополь. Пока сдалось 157 орловцев Южному карасубазарскому отряду, трофеев Северного отряда еще не знаю. Арестован штаб Дубинина и все бумаги с печатью, а сам Орлов остался с 16 человеками и мечется в охваченном районе. Постараюсь и его поймать. Потери Орлова огромны. Слащев":

Вскоре (дата неизвестна) кап.Орлов из Бахчисарая послал ген. Слащеву телеграмму следующего содержания:

"Срочно, военная, ген.Слашеву, копия начгарнизону Симферополя, Ялты, Алушты, Нэ.чдив 34, 13, 9 и всем частям фронта и тыла.

Сегодня мною с одним из моих отрядов занят Бахчисарай и временно задержаны все должностные лица, другие отряды двинулись на Ялту через Алушту и кавалерийские части - на Севастополь. Объявляю всем воинским частям, что ген.Слащевым был допущен подлый поступок, недостойный русского офицера, каковым себя, кажется, считает. 4-го марта по его приказанию 9-й кавалерийской дивизией полковника Выграна был открыт в упор орудийный огонь по мирно идущей обозной колонне моих отрядов, не стесняясь даже присутствием в колонне одиннадцати санитарных двуколок с больными и медицинским персоналом. Возмущенный столь подлым поступком, призываю все офицерство и солдат, оставшихся честными долгу перед родиной, поднять, наконец, высоко голову и громко сказать: "Довольно подлостей и преступлений от высшего командного состава! Довольно быть рабами и слепо идти за преступниками, губящими дорогую нашу Россию!" Всех русских патриотов, офицеров и солдат призываю к себе.

Если у вас, генерал, осталась хоть капля чести, то вы разошлете копию этой телеграммы всем вышеуказанным. Капитан Орлов."

Ген.Слащев, объявляя эту телеграмму в своем приказе "по войскам, обороняющим Крым, и во все газеты", отвечает на нее:

"Объявляю комическую телеграмму капитана Орлова за № 888 из Бахчисарая.

(следует текст телеграммы). Мне остается спросить капитана Орлова: 1) Почему вы подчинились моему приказу - не потому ли, что я пригрозил вам опубликовать нашу переписку? 2) Почему вы вторично восстали - не потому ли, что я потребовал от вас отчета в деньгах? 3) Почему вы считаете себя защитником России - неужели потому, что вы бежали с фронта? 4) Почему вы объявляете о движении своих армий во все города Крыма - неужели потому, что имеете 16 человек?

Повторяю, что работаю для России и таких людей, как вы, которые украли 10 миллионов, считаю своими врагами. Как назвать человека, клявшегося мне в беззаветной службе Родине и в то же время не выдававшего своим людям содержания и довольствия, украв 10 миллионов и получив от меня три миллиона и 550 комплектов английского обмундирования на 300 человек? Я своего мнения высказывать не стану, боясь, что русские люди выскажутся так, что неприлично опубликовать в газетах. Требую от вас только - дайте отчет в 13 миллионах народных денег и 550 полных комплектах обмундирования и явитесь на гласный суд. В противном случае вы - вор. Слащев."

В. Альмендингер.

см. окончание этой части статьи





ВПП © 2014


Вестник первопоходника: воспоминания и стихи участников Белого движения 1917-1945. О сайте
Ред.коллегия: В.Мяч, А.Долгополов, Г.Головань, Ф.Пухальский, Ю.Рейнгардт, И.Гончаров, М.Шилле, А.Мяч, Н.Мяч, Н.Прюц, Л.Корнилов, А.Терский. Художник К.Кузнецов