знак первопоходника
Галлиполийский крест
ВЕСТНИК ПЕРВОПОХОДНИКА
История 1-го Кубанского похода и Белых Армий

Содержание » № 63-64 Дек.1966 - Янв. 1967 г. » Автор: Сукачев Л.П. 




ОКОНЧАНИЕ ВОСПОМИНАНИЙ Л.П.СУКАЧЕВА.
(См. "Вестник Первопоходника" №№ 28, 30, 33, 35,
36, 37-38, 40, 43, 45, 47-48, 49, 50, 51-52,
53-54, 55-56, 57-58, 59-60 и 61-62)

Уже будучи в Нью-Йорке, я продолжал получать часто известия от короля Зогу, причем мой приятель Хюсейн-Бей сообщал, что даже после свержения короля Фарука положение албанской королевской семьи не изменилось, благодаря дружбе Зогу со стоящим у власти Нагибом; но что, впрочем, Его Величество собирается прибыть "по делам" на короткий срок в Соединенные Штаты.

Действительно, весной 1951 года, когда я спокойно работал в своей мастерской в Нью-Йорке, раздался телефонный звонок, и я услышал голос Сельмани, говорящего из королевского аппартамента в отеле Валдорф-Астория. Хюсейн-Бей сообщил мне о том, что Зогу, в сопровождении его самого, адвоката Фарука Израиля Паши, Татти и Шачира, час тому назад прибыли из Египта и что Его Величество просит меня немедленно к нему приехать.

Я поспешно снял рабочий костюм и, переодеваясь, стал думать, кто такой этот Шачир. Вспомнил, что так звали того почтмейстера в Буреле, который, пославши ряд почтовых переводов своему приятелю в Италию и не зарегистрировав их в Албании, удрал из страны на взятом мною и албанским министром почты и телеграфа такси. Во Франции Хюсейн-Бей мне рассказывал, как Зогу в Египте сделал этого ловкача своим министром финансов и как он ценил его советы...

В гостинице на Парк Авеню я увидел короля в первый раз с того памятного утра 1939-го года, когда вся королевская семья двинулась в путь в изгнание...

Зогу встретил меня очень радостно, стал подробно рассказывать о создавшемся в Каире политическом положении и задавать ряд вопросов о ситуации в Америке. Оказалось, что Его Величество перевел все свое состояние из Англии в Египет, так как считал, что там можно выгоднее всего поместить капиталы. Все же, в виду последних событий, он приехал в Соединенные Штаты для того, чтобы около Нью-Йорка купить имение, в котором, после эвентуальной ликвидации дел в Египте, он мог бы поселиться. Я спросил короля, не думает ли он, из-за создавшегося международного положения и пока это было еще возможно, перевести в Америку большую сумму денег, чем предназначалась на покупку имения. Зогу сразу заинтересовался там, сколько можно заработать, если вложить капиталы в американские предприятия. Я ответил, что банки платят максимум 4% на вклады, но что купивши акции, можно рассчитывать на 6, максимум 8% дивидендов. Король посмотрел на Шачира, улыбнулся и сказал, что он привык в Египте зарабатывать минимум 100% на свои деньги.

Затем он обратился ко мне с просьбой подыскать подходящую резиденцию, которую он все же хотел приобрести на всякий случай - имение где-нибудь под Нью-Йорком. Король также сказал, что ищет хорошего американского адвоката, который помог бы незнающему местных законов Израилю-Паше оформить эвентуальную покупку.

На следующий день я обратился в ряд агенств, представил королю своего адвоката, который тоже дал полезные адреса, и мы с Хюсейн Беем принялись энергично искать имение.

Эти поиски дали мне возможность побывать в самых разнообразных местах около Нью-Йорка и осмотреть целый ряд дворцов и поместий, построенных по фантазии разных миллионеров. Много оказалось точных копий Версальского дворца; почти во всех имениях были не только теннисные площадки в парке и в крытых помещениях, но и огромные бассейны в садах и часто в подвальных помещениях дворцов, обычно рядом с баром. Осматривая один из таких домов, с освещенным разноцветными электрическими лампами бассейном, показывающий усадьбу сторож указал на вделанный в стену шкаф. В нем хранились, по распоряжению умершего владельца имения, купальные костюмы из какой-то странной пластики. Сторож пояснил, что покойный помещик, устраивая приемы, любил предлагать эти костюмы своим гостям. Когда они в них входили в бассейн, то одеяния таяли в воде, оставляя купальщиков в костюмах Адама и Евы до грехопадения...

Татти, племянник короля Зогу, на террасе имения в Саесетте.

Комический инцидент произошел со мной как-то, когда я в поисках имения условился встретиться с Сельмани в одной конторе по покупке и продаже недвижимости в городке Маморонэк. Я в это время находился в штате Коннектикат и должен был подьехать к Маморонэку с севера к 10 часам утра, а мой приятель должен был к тому же времени приехать из Нью-Йорка, севши, совсем вблизи Валдорф Астории, в поезд на вокзале Нью-Хэвенской железной дороги.

В агентстве я оказался первым, поздоровался с его владельцем, объяснил ему, что приехал по делу покупки имения королю Зогу и подожду приезда моего приятеля. Уселся в кресло. Вижу, что хозяин конторы, в которой он был один, сел напротив меня, как-то странно, на край стула, на котором все время ерзал. Вид у него был какой-то растерянный... Хюсейн-Бей все не являлся. Я решил позвонить в Нью-Йорк, чтобы узнать причину опоздания. На мой вопрос, могу ли я воспользоваться стоящим рядом со мной телефоном, я получил утвердительный ответ; но не мог не заметить сильного и мне непонятного волнения агента. В то время, как я вызывал отель Валдорф-Астория и просил меня соединить с аппартаментом короля Зогу, лицо агента, как-то просияло. Принявший мой звонок Татти сказал, что Хюсейн-Бей уже давно выехал. Когда я повесил трубку, то владелец агентства вскочил со стула и радостно произнес:

- Ну, слава Богу, все благополучно, это не "холд-ап" и вы не гангстер. - Он открыл тут же лежавший последний номер журнала "Лайф" и, показывая мне портрет Фарука, поспешил объяснить:

- Войдя в мою контору, вы сказали, что вы король Фарук, а я как раз видел в этом журнале фотографию свергнутого монарха Египта - вы на него совсем не похожи!- (А я-то думал, что за два года научился говорить по-английски, как настоящий янки, а оказалось, что этот американец меня вообще не понял). Он продолжал:

- Войдя, вы сели так, что загородили собой выход из агентства, так что после того, как вы назвали себя Фаруком, который на вас совсем не похож, я и решил, что вы гангстер. Позвонить по телефону в полицию я тоже не мог, так как вы сидели у аппарата и все время зачем-то клали руку в карман - верно, за револьвером, если я попытаюсь звать на помощь... Вот я и сидел смирно, пока не услышал вашего телефонного разговора.

В это время, то есть когда я был уже реабилитирован в глазах агента, явился и Сельмани, который опоздал, так как вместо того, чтобы ехать в Марамонэк, сел в поезд, идущий в Олбани.

Оказалось, что найти подходящее имение - не такая простая задала, как нам казалось. Мы с Хюсейном осмотрели несколько десятков поместий; король приезжал со своей свитой только в те имения, которые мы признавали подходящими для Его Беличаства, но во время королевского осмотра всегда находился какой-то дефект: то дом построен в американском колониальном стиле и напоминает жилище разбогатевшего фермера, то приемные комнаты недостаточно велики... К тому же многие имения продавались по ценам, превосходившим намеченную королем сумму.

Наконец мы нашли продаваемую Саесетте, в 20-ти милях от Нью-Иорка, имение: главный дом производил, действительно, впечатление дворца. Был он построен в начале нашего столетия миллионером Гудзоном, после его смерти продан наследниками, а после Второй Мировой войны стоял необитаемым, в ожидании покупателя. Кроме "господского" дома в 64 комнаты и 12 ванных и многочисленных служб, в имении было еще четыре маленьких дома с четырьмя квартирами в каждом; огромный парк, бассейн, террасы и, конечно, фонтаны, как в Версале... (См. фотографию на стр.61).

На этот раз король остался удовлетворенным нашей находкой. Оценил количество жилых помещений: в маленьких домах он собирался поселить свою стражу - 70 человек бывших гвардейских солдат: они должны были тоже приехать из Египта. Понравилась ему также зала, во дворце, размером в 80 футов на 40; оценил и мебель: хотя ее и не было достаточно, но состояла она, если и не только из музейных вещей, то, во всяком случае, хорошо имитировала старинную обстановку.

Агент, через которого должна была совершиться сделка, все пытался показать Его Величеству службы и объяснить, как можно было модернизировать кухню, но король отказался сойти в подвальный этаж, считая, что ему не подобает даже входить в помещение, предназначенное для кухонных и хозяйственных целей.

Итак, после многих недель поисков, наконец, было найдено имение по вкусу Зогу. Рекомендованный мною американский адвокат вместе с Израиль-Палей занялся оформлением сделки и наведением справок относительно предстоящих платежей налогов на недвижимость. Зогу считал, что так как Вашингтон продолжал признавать его законным королем Албании, игнорируя коммунистическое правительство, никаких налогов ему в Америке платить не придется. Однако, выяснилось, что

Подъезд ко дворцу короля Зогу в Саесетте (штат Нью-Йорк).

штатные и городские власти все же потребовали уплаты налогов в том же размере, в котором было и раньше обложено имущество.

Когда кончились все формальности и наступил день подписания купчей, Зогу расплатился чеком на сто тысяч долларов и на следующий же день, со всей свитой, улетел обратно в Египет.

На аэродроме собралось много народу - албанцев, корреспондентов разных газет и друзей короля. Несмотря на то, что сестры Зогу его не сопровождали, багажа оказалось такое количество, что с короля потребовали дополнительных 1000 долларов наличными, которых у него с собой не было. Пришлось их одолжить у также провожавшего его придворного ювелира Остиера, бывшего Острейхера.

Однако, на следующий же день в Нью-Йоркских газетах, включая "Тайме", появились заметки, гласившие, что Ахмет Зогу, король Албании в изгнании, купил на Лонг-Айланде имение, за которое расплатился драгоценными камнями, и что перед отлетом в Египет на Интернациональном аэродроме он тоже сыпал бриллиантами в уплату за билеты, багаж и чаевые; причем вынимал из карманов мешочки с этими драгоценными камнями...

Прощаясь со мной, король просил следить за имением, но я ему объяснил, что жить в Саесетте не могу, а буду только наезжать туда время от времени, и что следовало бы Его Величеству взять постоянного сторожа. Король на это охотно согласился и выразил желание, чтобы я нашел на это место русского, так как он привык иметь на своей службе моих соотечественников. Осведомился о размере жалованья, которое нужно будет платить за охрану имения. Я не был в курсе цен и наугад сказал, что, вероятно, за 100 долларов в месяц можно найти хорошего человека.

Король выразил надежду в недалеком будущем приехать опять, но судьба сложилась иначе, и мне больше не довелось его увидеть.

- о -

После отъезда короля я стал искать подходящего человека для охраны имения и решил обратиться в Толстовский фонд. Приняла меня одна из помощниц Александры Львовны, внимательно выслушала, сказала, что есть подходящее лицо, но осведомилась о предлагаемом жалованьни. Я ответил, что кроме, конечно, квартиры Зогу платит 100 долларов в месяц. Сотрудница Толстовского фонда посмотрела на меня уничтожающим взглядом и произнесла только одно слово: "Рабовладелец!"

Я очень огорчился, так как писать королю, что я ошибся, назвав эту сумму, как приличное вознаграждение, мне не хотелось, а доплачивать разницу из собственного кармана - тоже меня не устраивало. Тогда я решил обратиться в разные Нью-Йоркские церковные организации. Всюду ответ был отрицательный, но на всякий случай я оставлял свой адрес, прося, если все-таки кого-нибудь найдут, желающего ехать в Саесетт, направлять его ко мне.

Через несколько дней, когда я работал в своей мастерской на 95-й улице, кто-то постучал в дверь, и вошел человек среднего роста, в фуражке, белой рубахе, галифэ и высоких сапогах. Выправка была у него чисто военная. Он стоя передо мной смирно и, узнав, говорит ли он с "генералом Сукачевым", спросил строгим голосом: "Вы монархист?" После моего утвердительного ответа он продолжал: "Ваше превосходительство, вы легитимист?". Несмотря на некоторое удивление, я опять ответил: "Так точно", - и тогда широкая улыбка расплылась на до этого серьезном лице незнакомца, который, подавая мне руку, поспешил представиться:

- Войсковой старшина С., - и пояснил: - Не извольте гневаться, Ваше превосходительство, что я начал с того, что задал вам эти вопросы. Дело в том, что недавно был у меня такой случай: я, ведь, Его Преосвященству Владыке рыбу жарю, и вот как-то приходит ко мне на кухню какой-то диакон; говорит, что монархист, я ему и подал руку, а он оказался не легитимистом... Сознаюсь, что не люблю я города, надоело жить в Нью-Йорке и хотелось бы узнать более точно, где Саесетт, как там и какая там освобождается вакансия. Может быть, при королевской конюшне? Я любитель лошадей и в Шанхае имел свою школу верховой езды, выучил езде не одного американского офицера и попал в Америку благодаря одной своей ученице, жене полковника, которая помогла мне выбраться из Китая, когда и там воцарились большевики.

Я сразу понял, что передо мной стоял человек твердых принципов и что более подходящего управляющего имением короля мне не найти. Я стал ему подробно объяснять, каковы будут его обязанности и ответственность перед Его Величеством в случае его согласия принять предлагаемый пост. Я видел, что служба королю его соблазняет, но пришлось ответить на неизбежный вопрос о размере жалованья. Когда я сказал, что Его Величество предлагает 100 долларов в месяц, войсковой старшина взглянул на меня разочарованно, подумал и, печально сказав, что на эти деньги жить не может, нерешительно направился к двери... Вдруг остановился, повернулся опять в мою сторону и спросил: "Ваше превосходительство, скажите, какой у меня будет официальный титул, если я приму предложение короля?" У меня блеснула надежда соблазнить С. принять предлагаемое место и я ответил:

- Вы будете полковником С., управляющим имением Его Королевского Величества КОРОЛЯ АХМЕТА ЗОГУ 1-го АЛБАНИИ.

- И это я смогу писать на визитный карточках?

- Ну, конечно, - ответил я, - и сможете этот титул напечатать на ваших конвертах.

- Тогда я принимаю эту должность и сегодня же доложу Его Преосвященству, что ухожу от него!

Я искренне обрадовался решению С., помог ему перевезти его пожитки, в числе которых было шесть казачьих седел, и щенка, который должен был ему помогать охранять дворец. Однако, когда С. устроился в Саесетте, мне все же пришлось туда ездить часто, так как он не говорил по английски и каждый раз, когда приходилось вызывать водопроводчика, электротехника или еще какого-нибудь специалиста чинить что-нибудь в запущенном старом доме, то мой приятель не мог объясниться и мне НУЖНО было либо вести долгие разговоры по телефону из Нью-Йорка, или бросать свою работу и мчаться в Саесетт для личных объяснений. Расставаться же с С. я не решался, пока не представился случай найти ему другое место.

В один из моих частых приездов в имение войсковой старшина осведомился, как по-албански "ура". Я сказал, что "Рофт", и так был назван щенок. Потом С. начал его дрессировать к предстоящей встрече с королем. Рофт должен был стать на задние лапы перед Его Величеством и правой передней лапой отдать честь. При мне пес научился всей этой премудрости, но, увы, исполнить всю процедуру перед королем Албании ему так и не довелось...

В это время Нассер стал у власти в Египте; я знал, что в Каире арестованы многие бывшие приближенные давно успевшего удрать в Италию короля Фарука. От Зогу я не имел никаких известий и терялся в догадках, что случилось с ним лично и с его огромным состоянием. Между тем, налоги на имение оставались неуплаченными, так же, как и штрафы, которые все росли...

Только когда Зогу удалось, наконец, переехать во Францию, я получил от него известия. Оказалось, что Нассер в течение долгого времени держал короля под домашним арестом, в конце концов выпустил его с семьей за границу, но капиталов из Египта вывезти не позволил.

Я получил распоряжение продать имение, но по цене, никак не меньшей покупной стоимости, плюс все налоги... Это была нелегкая задача, и к тому же, в ожидании продажи, чтобы избежать ликвидации имущества налоговым бюро, мне пришлось лично заплатить часть накопившихся долгов... Однако, в конце концов мне посчастливилось. Я вел переговоры с одной большой строительной компанией, которая хотела купить имение, снести дворец и на всех 100 акрах земли построить поселок из 400 домов. Вплотную с имением короля находился дом и огромный парк американца, который в компании с президентом Либии эксплоатировал в Африке одни из самых больших в мире железных копей. Этот миллионер, не желая иметь около своего дворца поселок, решил купить имение Зогу; это его тем более соблазняло, что ему не хватало земли для устройства частного гольфа. Железный магнат предложил 250.000 долларов, которыми Зогу остался вполне удовлетворен. Он просил меня лично отвезти во Францию все нужные для сделки документы, но я в это время был уже болен и вместо меня полетел в Париж адвокат.

Таким образом, я Зогу больше не увидел. В 1961 году он скончался в военном госпитале под Парижем.

Что касается войскового старшины, то после некоторого времени службы у короля в имении мне удалось найти ему такое же место, но на большее жалованье, в соседнем имении. Позже я узнал, что несчастный С. должен был оттуда спешно уехать... так как имение было куплено Советским представительством при Объединенных Нациях... Войсковой старшина сразу же переехал в Санкт-Петербург... во Флориду.

Л.Сукачев.

Конец.





ВПП © 2014


Вестник первопоходника: воспоминания и стихи участников Белого движения 1917-1945. О сайте
Ред.коллегия: В.Мяч, А.Долгополов, Г.Головань, Ф.Пухальский, Ю.Рейнгардт, И.Гончаров, М.Шилле, А.Мяч, Н.Мяч, Н.Прюц, Л.Корнилов, А.Терский. Художник К.Кузнецов