знак первопоходника
Галлиполийский крест
ВЕСТНИК ПЕРВОПОХОДНИКА
История 1-го Кубанского похода и Белых Армий





ИЖЕВЦЫ И ВОТКИНЦЫ
(Продолжение,см. №№ 59-60,61-62,63,
69-70, 71-72, 73-74)

34. Движение к Красноярску.

При переходе через Тайгу 3-ья Армия понесла огромные потери. Погибли у д.Дмитриевской, почти целиком, 7-я Уральская дивизия и Воткинский кадровый полк. Оставлена большая часть артиллерии, и только Ижевцам удалось вывезти 4 орудия. Брошено много пулеметов, погибло много обозов. Застряло большое количество беженцев, не бывших в состоянии протащить тяжело нагруженные сани на обессиленных лошадях, не получавших корма.

Обозные части Ижевской дивизии, в том числе Конного полка, удачно прошли тайгу, двигаясь через нее на два, три перехода впереди боевых частей. Ижевцы привыкли действовать дружно во всех случаях: в боях и в походе. Поэтому и тыловые части дивизии шли сомкнуто, не разбиваясь и не перемешиваясь с другими частями, насколько было возможно в создавшихся тяжелых условиях. Начальники хозяйственных частей и коменданты, в большинстве энергичные и находчивые офицеры и чиновники, прилагали все усилия, чтобы продвигать порученные им обозы в целости и сохранности.

Теперь обозы поджидали боевые части, чтобы двигаться дальше совместно.

После прохода тайги намечался план остановить красных у восточных выходов из тайги, загородив их отрядами с большим количеством пулеметов и обильно снабженными патронами.Если бы это удалось, можно было бы выиграть время для приведения в порядок перепутавшихся частей, подтянуть отставших, дать некоторый отдых и восстановить боеспособность.

Но обстановка этого не допускала.

Некоторые части 1-й Армии, двигавшейся на правом фланге фронта, перешли на сторону красных, а частью разоружились и разошлись. Сибирский тракт, проходивший через Томск, был открыт противнику для выхода в тыл 2-й и 3-й Армиям. В Красноярске шли усиленные приготовления левыми группами к восстанию с целью отрезать отступавшим движение на восток. На свою сторону эти группы привлекли командира 1-го Сибирского корпуса ген.Зиневича и подчиненные ему войска. Ген.Зиневич объявил об "окончании" гражданской войны и потребовал от Главнокомандующего ген.Каппеля сложить оружие. К взбунтовавшемуся гарнизону Красноярска шли на усиление большие отряды красных партизан Щетинкина, Кравченко и др.

Вместо задержки красных на восточной границе Томской тайги и приведения себя в порядок, отступавшим армиям приходилось торопиться к Красноярску и двигаться в тяжелых условиях.

От Щегловской тайги до Красноярска более 400 верст. Не доходя до города, к югу тянется новая полоса тайги, не имевшая дорог с запада на восток. Эта тайга находится на левом берегу р.Енисей, примерно к югу от участка жел.дороги ст.Кемчуг - Красноярск. Ст.Кемчуг - в 85 верстах к западу от г.Красноярска.

Все отряды и обозы, двигавшиеся южнее жел.дороги, главным образом из состава 3-й Армии, находились под ударом быть прижатыми к этой тайге и отрезанными от путей отступления. Необходимо было выбраться на жел,дорогу возможно скорее. Последним пунктом выхода из ловушки являлась станция Кемчуг.

Тяжелые условия перехода через Щегловскую тайгу задержали 3-ю Армию, и она двигалась на полтора, два перехода на уступе позади 2-й Армии. Теперь, после прохода тайги, шли по нескольким дорогам и по сравнительно населенному району. Можно было ночевать под крышей и находить продукты, а для лошадей - корм.

Лошади были сильно изнурены, и многих приходилось заменять покупкой или обменом. Сибирские крестьяне нередко вполне добровольно обменивали изнуренную лошадь на свою, в хорошем теле. Это освобождало их от подводной повинности или же захвата крепкой лошади бесплатно или за обесцененные кредитные билеты. А изнуренную лошадь можно "выходить".

Измена ген.Зиневича в Красноярске заставляла ускорить движение, чтобы не дать возможности перешедшему на сторону красных гарнизону и подходившим к ним на усиление шайкам партизан организовать оборону города и закрыть нам дальнейший путь отступления.

Не приходилось думать о столь необходимом отдыхе и приведении перепутавшихся частей в порядок. О дневках забыли, ночлеги и привалы были сокращены до предела, величина переходов увеличена.

Несмотря на большие потери в тайге, дороги и на этом участке пути были загромождены большим количеством частей, обозов и беженцев. Только немногие части двигались в порядке. Большинство были разбиты на мелкие группы и перемешались с обозами и беженцами. На случай потери связи с начальником дивизии частям Ижевцев было приказано пробиваться к жел.дороге и двигаться к Красноярску.

Конный Ижевский полк, в ночь 27-28 декабря выступил из деревни Красный Яр и, проделав большой переход, дошел до дер.Ново-Троицкая.

null

После еще одного или двух переходов полк нагнал свою хозяйственную часть.

Кажется, впервые после выступления из Омска, где полк формировался, он оказался собранным в полном составе.

Генерал Молчанов захотел посмотреть полк и отдал приказ, перед выступлением на следующее утро, построить полк для смотра.

Привыкнув за последнее время к малочисленности частей, выстроенный Ижевский полк показался, по крайней мере, конной бригадой. Шесть эскадронов, учебная команда, пулеметная и подрывная команды, штаб с командами связи и комендантской, хозяйственная часть, санитарная и ветеринарная части и, наконец, детище гражданской войны - "семейный" дивизион, в котором насчитывалось около 200 жен, детей и стариков.

За боевыми частями каждого эскадрона в 90-100 сабель стояли по 30-40 всадников "запаса", не имевших седел, многие без шашек, сидевшие на попонах или других приспособлениях.

Всего было выстроено более 800 всадников, с обозными и нестроевыми до 1000 человек, не считая семей. Благодаря большому обозу неудивительно, что построенный для смотра полк казался много больше, чем полк нормального состава. Но, несмотря на разнообразие обмундирования, разномастность лошадей, не говоря уже о необычном виде обоза, полк представлял стройное зрелище.

В условиях тягости похода, после ран, нанесенных всем частям армии проходом через тайгу, здесь чувствовались порядок и дисциплина - результат забот и работы начальников всех степеней и однородности и сплоченности состава.

Адъютант полка отправился доложить начальнику дивизии, что полк построен для смотра.

Но вместо прибытия ген.Молчанова был получен приказ отправить обозы дальше, а полку приготовиться немедленно к выполнению боевых задач.

Полку не пришлось больше встретиться со своей хозяйственной частью.

- о -

Продолжая делать большие переходы, полк к вечеру 1-го января 1920 года (по нов.ст.) достиг села Назарово, находившегося в 30 верстах к югу от г.Ачинска. За пять дней было пройдено 250 верст. Назарово расположено на тракте Ачинск-Минусинск, вдоль которого идет телеграфная линия.

2-го января задачей полку назначалось движение к г.Ачинску и удержание этого пункта от захвата противником. Полк приготовился к выступлению, но в 9 час.утра на телеграфной станции было получено сообщение, что Ачинск уже захвачен большими силами красных. Об этом было немедленно послано донесение начальнику дивизии.

В Назарове большая толкучка. Много частей, обозов и беженцев. С юга подошел 1-й Прифронтовой полк, действовавший против красных шаек Щетинкина. Полк этот, видимо, накануне распада. Из строя слышны выкрики солдат: одни хотят скорее идти дальше, другие требуют отдыха.

К 11 часам утра получен приказ двигаться на Покровское (Чернореченское) для новой попытки выйти к жел.дороге и Сибирскому тракту. В 11 ч.15 мин. два эскадрона с пулеметами двинулись к дер.Улуй - ст. Чернореченская; за ними - остальные части полка.

Дойдя до дер.Улуй и выступив дальше, заметили двигавшуюся нам навстречу Оренбургскую казачью бригаду. Высланный вперед офицер узнал от казаков, что район стсЧернореченская в руках красных. Они опять опередили нас. Чтобы не задерживать двигавшихся навстречу Оренбуржцев, Ижевский полк свернул на восток через Себеж на Плодбище (на схеме не указано), куда прибыл в полночь и остановился на короткий ночлег.

В 7 час.утра 3-го января полк выступил на ст.Козулька, выставив заслон против красных, занявших Чернореченскую. Разведка выяснила, что Козулька в руках противника. В 16 час.30 м. два эскадрона были направлены на Ничково - Шерловка - ст.Кемчуг, чтобы с этой станции выдвинуться на запад и прикрыть ее от захвата противником.

Переходы огромные. Вернее, в день делаем несколько переходов, двигаясь и ночью, с небольшими остановками для отдыха в деревнях.

4-го января в 5 час.утра, задолго до рассвета, двинулись на Шерловку - ст.Кемчуг. Когда рассвело, увидели знакомую неприятную картину - дорога была загромождена обозами в 3-4 ряда.

Но с конными можно было по обочинам двигаться вперед.

По дороге выяснилось, что движение остановилось, так как за Шерловкой красные. Они заняли дорогу к ст.Кемчуг, выставили пулеметы и отражают попытки их отбросить. В колонне терпеливое ожидание.

Около 7 час.утра 4-го января Конный полк Ижевцев собрался в Шерловке. Здесь уже было несколько строевых частей, в том числе 4-й, 11-й и 17-й Оренбургские казачьи полки, один кав.полк из 1-й Кав.дивизии и еще несколько небольших частей, почти все конные.

Старшие начальники собрались на совещание, которое происходило под председательством командира 5-й Оренбургской бригады - ген.майора Кручинина. Решили сбить красный заслон и пробиться на ст.Кемчуг. Задачи распределили по взаимному соглашению.

Деревня стояла на поляне, окруженной лесом. Красные занимали северный участок леса, через который шла дорога, и их позицию можно было бы укрыто обойти с обоих флангов. Но в лесу был глубокий снег, и обходящим частям пришлось бы потерять много времени на такой маневр. Поэтому решено было отбросить красных наступлением в лоб. 

Слева от дороги повели наступление цепи спешенного конного полка. Казаки наступали на обоих флангах. Ижевцы должны были атаковать в конном строю, когда цепи подойдут к противнику.

Спешенные всадники конного полка смело пошли в атаку по ровному снежному полю под жестоким огнем красных пулеметов. Их прорыв замедлялся глубоким снегом. Падали убитые и раненые, но офицеры кричали "вперед".

От Ижевского конного полка в голове атакующих шел 1-й эскадрон под командой поручика Лумпова. Снежная поверхность поляны не давала возможности развернуться и атаковать всем полком. Приходилось вести атаку эшелонами и притом только по дороге.

Поручик Лумпов собрал свой эскадрон к северной окраине деревни. Но он раньше времени выскочил вперед, и красные пулеметы сосредоточили весь огонь по колонне появившихся всадников. Эскадрон понес большие потери и повернул обратно. Был тяжело ранен выделявшийся своей храбростью прапорщик Чирков.

Все эти действия походили больше на самоубийство от сознания безвыходности положения и от отчаяния. При обходе противника с флангов, или с одного из флангов, может быть, было бы потеряно 2-3 часа времени, но успех был более вероятен.

После неудачи атаки расстроенные части скопились на поляне в лесу к востоку от деревни. Было около 2 час.дня. Продрогшие бойцы начали разжигать костры. Положение казалось безвыходным. Отступать назад по загроможденной дороге или обороняться в деревне было бессмысленно. Повторять атаку и пробиться к жел.дороге успеха не сулило - было ясно, что красные крепко там обосновались. Все искали выход из этого безвыходного тупика.

На поляну подошел еще один отряд из остатков Уральских полков под командой ген.Круглевского. В этом отряде было 350-400 человек, все конные. При отряде 3-4 знамени старых Императорских частей.

Ген.Круглевский предложил командиру Ижевского конного полка двигаться дальше вместе. Он сообщил, что у него есть проводник из местных лесничих, который отлично знает тайгу. Проводник обещал через чащу леса вывести на дорогу, которая приведет к жел.дорожному полотну к востоку от ст.Кемчуг. Но надо сделать большой обход в 8-10 верст, чтобы обойти полосу непроходимой молодой заросли.

Предложение это вызвало недоверие. Плутать по таежному лесу, когда, по собранным сведениям, жел.дорога была верстах в двух от Шерловки, совершенно не улыбалось.

Ген.Круглевский отправился с проводником на юг, Ижевский полк на север к жел.дороге.

На всякий случай один всадник Ижевского полка был оставлен на месте и должен был запомнить путь ген.Круглевского. На поляне было много следов по всем направлениям, и найти путь ген.Круглевского в темноте приближающейся ночи было бы очень трудно.

Пройдя по редкому лесу не более полуверсты, Ижевцы встретили непроходимую стену молодого березняка. Вынули шашки и стали рубить проход. Но скоро убедились, что работа эта медленная и конца березняку не видно.

Повернули обратно на поляну. Наступал вечер, был сильный мороз, горело много костров.

Ижевцы подъехали к большому костру, около которого расположился круг Оренбуржцев. Шло совещание. Говорил, кажется, урядник. Стараясь громким голосом придать убедительность своим словам, он доказывал, что идти дальше некуда, прошли уже много и все жертвы и страдания оказались напрасными... "Если удастся пройти здесь, - говорил он, - то погибнем в другом месте. Надо начать переговоры с красными о сдаче и поставить условие, чтобы всем, сдавшимся добровольно, не исключая всех офицеров, была дарована жизнь".

Он заметил, что подъехали Ижевцы, и добавил:

"Вот и Ижевцы тут, надо действовать вместе, тогда будет легче сговориться с большевиками, и они примут наши условия".

Мрачно смотрели кругом говорившего остальные казаки. Был тут и их командир бригады, председательствовавший утром на собрании старших начальников. Опершись обеими руками на эфес шашки, он угрюмо возражал оратору.

Совещание могло затянуться, а время было дорого. Начинало темнеть. Могли подойти красные. И так было непонятно, почему они еще здесь не появились. Поляна была недалеко от деревни, где они наверное уже хозяйничали. Возможно, что разоружение попавших в их руки наших войск и обозов заняло все их внимание.

Ижевцы двинулись дальше. Оставленный маяком всадник, следивший за уходом ген.Круглевского, показал дальнейший путь.

Совсем рядом с костром оказался густей лес молодых сосен, и через него шла узкая, протоптанная в счегу тропинка. Трудно было поверить, что надо было входить в какую-то темную дыру, когда кругом был редкий лес огромных деревьев.

Нагнувшись к самому седлу и задевая ветки деревьев, начали пробиваться по этому узенькому корридору в полной темноте. Через сотню полторы шагов вышли опять в редкий лес и по протоптанным следам пошли дальше. Примерно через час вышли на лесную дорогу. У дороги стоял стог сена, от которого нам достались мелкие клочья, разбросанные кругом. Не побрезговали и этим даром судьбы, чтобы подкормить лошадей. Движение на север.

На рассвете 5-го января вышли на железную дорогу. Ближайший верстовой столб указывал цифру 632, но откуда был счет - не знали. Предположительно это было версты три к востоку от ст.Кемчуг. Пошли по сильно укатанной, и теперь пустынной грунтовой дороге, шедшей около жел.дорожного полотна. Видно было, что тут прошли тысячи саней.

За минувшие три дня - с 2-го по 4-е января, прошли более 150 верст. От Ачинска до ст.Кемчуг всего около 85 верст, но, с попытками выйти к жел.дороге, приходилось делать кружные движения, возвращаться и проделывать это несколько раз.

На измученных задолго до этого лошадях, при плохом питании и коротких остановках для отдыха, трудно было рассчитывать обогнать красных, которые, начиная с Ачинска, опередили пас.

Но вот, наконец, обогнали и, казалось, достигли цели последних дней. Но особенной радости не было заметно. Боязнь за оставшихся позади действовала угнетающе. Где семьи, где остальные части дивизии, где ген.Молчанов?... Все они следовали позади, и их благополучный выход был под большим сомнением.

Не хотелось спасаться одним, и не было желания попадать под чье-либо другое начало. Ген.Молчанов являлся для всех Ижевцев незаменимым, и они не представляли себе, чтобы его можно было потерять.

В 9 час.утра 5-гс января на ближайшем жел.дорожном разъезде сделали привал и выпили пустого чая. Через полчаса выступили дальше. К ночи должны были добраться до станции Кача. Впереди широкая, ровная, совершенно свободная дорога. Такую бы в тайге - тогда не погибла бы там большая часть нашей армии.

Неизвестно, были ли за нами какие-либо наши белые части или нет. На всякий случай прикрывались с тыла, а на север, где шел Сибирский тракт, вели наблюдение.

Поздно вечером добрались до ст.Кача. Около нее небольшая деревня Становая. Вошли в деревню и встретили своего Ижевца. Радостная весть быстро пробежала по колонне полка. Ген.Молчанов с некоторой частью остальных полков дивизии благополучно прорвался через тайгу. На лицо был сильно поредевший, но больше других сохранившийся 1-ый полк, часть 2-го и остатки малочисленных 3-го и 4-го полков. 1-ый полк, потеряв на походе из Красного Яра связь с начальником дивизии и выполняя приказ пробиваться в таком случае к железной дороге, направился на гор.Ачинск. В пути командир 1-го полка встретил 3-й и 4-й полки и предложил командирам этих полков взять для верности направление к востоку от Ачинска. Они не согласились и предпочли идти прямо на Ачинск. 1-й полк вышел благополучно на жел.дорогу, а 3-й и 4-й полки, повидимому, погибли при подходе к Ачинску. 1-й полк ждал остальных на ст.Кача.

Ген.Молчанов, достигнув со своим штабом и артиллерийским дивизионом с.Рыбное, находившегося на окраине тайги, остановился на ночлег. Выяснив к утру, что дорога на Кемчуг забита обозами, он расспросил местных крестьян о тайге и путях через нее. В тайге находился маленький поселок, к которому дороги нет, но охотники ходят туда без затруднений - тайга проходима. От этого поселка есть лесная дорога к жел.дороге, выйдя на которую, можно дойти до ст.Кача.

Узнав точно направление, ген.Молчанов по компасу вышел со своим штабом как раз к указанному поселку и из него достиг ст.Кача.

Артиллерия под командой полк.Якубовича, по настойчивой просьбе последнего, должна была выйти через полчаса. Лошади артиллерийского дивизиона совершенно выдохлись, и полк.Якубович просил дать лишнее время для отдыха и корма лошадей.

Ген.Молчанов сначала на это не соглашался, но потом разрешил, подтвердив приказ выступить не позже, как через полчаса. Артиллерия Ижевцев (последние 4 орудия) уже не выступила с места своего ночлега и была захвачена противником.

С артиллерией, или где-нибудь в ближайших деревнях погибло и большинство наших обозов.

А.Ефимов
(Продолжение следует)






ВПП © 2014


Вестник первопоходника: воспоминания и стихи участников Белого движения 1917-1945. О сайте
Ред.коллегия: В.Мяч, А.Долгополов, Г.Головань, Ф.Пухальский, Ю.Рейнгардт, И.Гончаров, М.Шилле, А.Мяч, Н.Мяч, Н.Прюц, Л.Корнилов, А.Терский. Художник К.Кузнецов