знак первопоходника
Галлиполийский крест
ВЕСТНИК ПЕРВОПОХОДНИКА
История 1-го Кубанского похода и Белых Армий

Содержание » № 65/66 Февраль-Март 1967 г. » Автор: Ефимов А. 




ИЖЕВЦЫ И ВОТКИНЦЫ.

В одном переходе от гор.Бугуруслана (около 250 верст от Уфы) бригаду нагнал 2-й или 5-й Оренбургский казачий полк, вручивший командиру бригады приказ от командующего армией.

Казакам пришлось несколько дней двигаться усиленными переходами по следам бригады прежде, чем нагнать Ижевцев.

По приказу этому бригаде следовало перейти в район гор.Бугульма в распоряжение 2-го Уфимского корпуса и находиться в резерве командующего армией.

Полк.Молчанов, явившись командиру корпуса ген.Войцеховскому, вызвал у него недоуменный вопрос: "Зачем вас прислали сюда? Вы нужны южнее, где красные усиливаются. Здесь я могу собственными силами в любое время выдвинуться к Волге".

Далее ген.Войцеховский пояснил, что его остановка на занимаемой ныне линии вызвана категорическим приказом командующего армией прекратить дальнейшее продвижение. Этот приказ был основан, возможно, на полученных сведениях о сосредоточении крупных сил красных в районе гор. Бузулук для удара с юга в левый фланг успешно наступавшей Западной армии. Но тогда тем более непонятной становилась переброска Ижевской бригады на север.

В несколько переходов, по совершенно испорченным весенней распутицей дорогам, бригада перешла к середине апреля в назначенный ей район - около 20 верст к востоку от гор.Бугульма.

За время с начала наступления 6-го марта до середины апреля потери в стрелковых прлках бригады убитыми, ранеными и пропавшими без вести составили 37 офицеров и 746 стрелков. Раненые, оставшиеся в строю, в этот счет не вошли. Кроме того, были потери в конном дивизионе и в артиллерии.

Эти потери, несколько превышающие 12% общего боевого состава бригады, нельзя признать большими по сравнению с важностью выполненных задач. Они совсем незначительны по сравнению с потерями противника. Приблизительный подсчет потерь красных в боях с Ижевцами следует считать в 7-8 тысяч, то есть в 9-10 раз больше потерь Ижевцев. Кроме того, взято 14 орудий, до 100 пулеметов, большое количество винтовок и огнестрельных припасов. Необходимо также отметить, что после первых же столкновений в начале марта красные открывали артиллерийскую стрельбу на предельных дистанциях и затем отправляли свои пушки в тыл, так что захватить их артиллерию было нелегко.

19. Воткинцы у Красноуфимска и в Осе.

После отхода от берегов Камы к Красноуфимску, Воткинцы продолжали заканчивать свои переформирования и одновременно сдерживать напор красных с целью захватить Красноуфимск. Против них действовала 28-я красная дивизия под командой Азина. Первые дни Воткинцам приходилось очень тяжело, так как у них вышли все патроны. Без боя им пришлось оставить Бикбардинский завод, но когда были получены патроны, они стали делать вылазки в расположение противника силою от роты до батальона. Кроме необходимости разведывать силы и расположение противника, эти вылазки делались с целью охладить активность красных, привыкших делать нападения почти безнаказанно за те дни, когда Воткинцы не имели патронов. В том числе делались вылазки в сторону Бикбардинского и Николаевского заводов.

Воткинцы особенно помнят о большом бое у Бикбардинского завода. Но собрать сведения о времени и других подробностях этого боя не удалось. В повести Н.А.Протопопова "Воткинцы" есть довольно подробное описание боя под Бикбардинским заводом, который вел 2-й Осинский полк поручика Балабанова под общим руководством командира 1-й бригады капитана Mудрынина. Однако, как время ("прошло несколько месяцев"), так и указание на участие здесь Ижевцев (которые находились на самом деле в районе Уфимского корпуса), продолжительность боя ("Прошло около недели. Воткинцы лежали в снегу...") и т.д. - вызывают сомнения, что описание этого боя соответствует действительности. Воткинцы не подтверждают описания многих событий и их подробностей, указанных в этой повести.

С позиции перед Красноуфимском красные не смогли сбить Воткинцев. В феврале они были сменены Сибирскими частями ген.Гривина и отведены в резерв.

В марте или начале апреля Воткинская дивизия была переброшена в гор.Оса (который был взят Сибирской армией в конце декабря), и здесь дивизия стала готовиться для наступления в недалеком будущем для освобождения родного завода.

20. Освобождение заводов.

Части Сибирской армии, продолжая наступление на запад, в конце марта переправились у г.Осы через Каму, еще скованную льдом, и 16-й Ишимский полк под командой полк.Метелева был двинут на Воткинск. Потрепанные полки 2-й кр.армии не могли сдерживать Сибиряков и под их ударами откатывались.

В день Благовещения (7 апреля по нов.ст.) Ишимцы выбили красных из Воткинского завода. В авангарде был 1-й батальон под командой кап. Кожина, который и был встречен радостными восторгами освобожденных от красного террора жителей. Переход красных в контр-атаку был отбит Сибиряками в непродолжительном бою, в котором принял участие также 3-й батальон Ишимцев.

Вскоре подошли и Воткинцы. Радость одних, горе других встретили их в родных местах. Зверства красных палачей не знали пределов. Не имея возможности отомстить восставшим против них рабочим и крестьянам, они жестоко расправлялись с их семьями, не имевшими возможности отступить за Каму при оставлении завода.

Прибывшие части Воткинцев недолго пробыли в родных гнездах. Через несколько часов они должны были выступить дальше и гнать красных к р.Вятке. Их наступление было на северо-запад в направлении г.Вятки.

Здесь следует оговорить, что время освобождения завода в день Благовещения не совпадает с другими показаниями. Некоторые участники этих событий считают, что красные были выбиты из завода 19-го апреля по нов.ст., накануне праздника Св.Пасхи.

- о -

Примерно в эти же дни был освобожден от красных также Ижевский завод.

Ижевцы стали собираться домой.

Это было естественно и понятно. Там, на заводе, они оставили свои дома, и семьи. Доходили слухи о свирепой расправе красных палачей с их близкими, о ежедневных расстрелах. Кто погиб от кровавого террора, кто остался в живых - тревожило и волновало каждого.

Наконец, они имели обещание командующего армией отпустить их домой, как только Ижевск будет освобожден.

Генерал Ханжин имел в виду другое. Убедившись, что Ижевцы являются боевой единицей, способной на сокрушительные удары, он не захотел расставаться с бригадой.

Сведения разведки о намечавшемся сборе красных подкреплений заставляли быть настороже и опасаться за достигнутые успехи.

Генерал Ханжин не придавал большого значения своему обещания и собирался направить Ижевцев для нового удара на юг, еще дальше от их родных мест.

Нарушение обещания вызвало брожение.

Полковник Молчанов хорошо узнал суровый нрав своих подчиненных. Они плечом к плечу, могучей стеной шли на врага. Так же дружно и упорно они будут добиваться исполнения данного им обещания.

Он донес о тревожном настроении Ижевцев и предлагал, чтобы не разрушать бригаду, отправить ее в полном составе в Ижевск. Там, побывав дома и увидев новые зверства большевиков, Ижевцы с новой силой ударят по смертельному врагу.

Для генерала Ханжина такое предложение означало, что бригада уйдет из его района и его подчинения.

Он отверг предложение.

Ижевцы собирались самовольно уйти домой. Полетели телеграммы в штаб армии, в ставку и обратно.

Новые требования выполнить приказ, новые обещания отпустить домой, но позднее... В ответ - недоверие и подозрение. Дошло до угрозы встретить ушедших Сибирскими войсками и не пустить в Ижевск.

"Сколько могут выставить против нас? Положим, одну дивизию. Это нам на два часа боя", - говорили Ижевцы.

29-го апреля Ижевцы потеряли надежду уйти домой, получив разрешение, и начали самовольный уход.

Рота за ротой, в полном порядке, под командой фельдфебелей и унтер-офицеров, шли к Начальнику бригады, прощались с ним и направлялись домой.

Начальник бригады уговорил не брать оружия, и оно было сдано.

Еще накануне Ижевцы хотели захватить своих офицеров, с которыми вышли из Ижевска.

Начальник бригады разъяснил значение долга, налагаемого на офицера его почетным званием, и невозможность для них самовольного ухода.

Все офицеры остались на своих постах, хотя на заводе большинство их было теми же рабочими и семьи ждали их возвращения.

Неделю тому назад, за бои под Уфой, полковник Молчанов был произведен в генерал-майоры. Теперь он просил отрешить его от командования и отправить в строй рядовым офицером. При нормальных условиях, за все случившееся в бригаде он подлежал преданию суду. Никто не признал за ним никакой вины, и потому ни суда, ни отрешения от должности не последовало.

21. ИТОГ – 7983.

Прибытие Ижевцев на завод было рядом ужасных личных трагедий. Редко кто нашел свою семью невредимой. Действительность превзошла все слухи, доходившие к Ижевцам на фронт.

Красные палачи не знали пощады. Происходило безжалостное уничтожение тех, кто принимал какое-либо участие в восстании. Мстили родным тех, кто ушел за Каму.

Радостных встреч было мало. Больше стоны и плач были приветствиями вернувшимся от оставшихся в живых.

Назначили перепись погибших.

Переписчики по каждому кварталу обходили дома и записывали имена жертв. Подсчет дал сумму 7983.

Неутомимые палачи арестовывали каждый день без особого разбора и вели за город к оврагу. Тут всаживали пулю и сбрасывали труп в овраг.

Не щадили женщин и подростков. Предъявляли обвинение? Пролетарское правосудие этого не требует. Жена видит: ведут мужа в группе арестованных. "Куда забрали?" - "Идем, узнаешь!" Обоих расстреливают.

Такая расправа была, по крайней мере, короткой.

Какие истязания претерпевали те, кто попадали в подвалы Чека, в каких мучениях они умирали от пыток садистов-палачей, можно судить по рассказам случайно спасшихся русских людей, которые редко доходят до внешнего мира. Немало Ижевцев исчезло в этих подвалах ЧЕКА.

22. 1-ая Отдельная Стрелковая Бригада.

По иронии судьбы почти накануне ухода Ижевцев домой был получен приказ о развертывании бригады в дивизию.

Хотели усилить ее придачей отдельных частей и пополнениями. Наличный состав к 20 апреля был: 4000 штыков и 1400 сабель, артиллеристов, сапер и др.

После ухода Ижевцев в бригаде осталось 180 офицеров и небольшое количество солдат.

Из этого состава и нового пополнения формируется 1-ая Отдельная Стрелковая бригада. По старой памяти ее продолжают называть "Ижевской".

Прибывшее в первых числах мая пополнение, около 2000, состояло главным образом из молодых, необученных башкир.

Генерал Молчанов и весь офицерский состав энергично принялись за обучение, занимаясь с утра до позднего вечера.

Но что можно было сделать в несколько дней?

9-го мая бригада была брошена в бой.

Hа один из батальонов наскочили красные казаки Каширина. Танцуя в атаке на своих лошадях, они произвели панику среди молодых башкир, которые бросились на землю и уткнули лица в грязь. Офицеры и пулеметчики были перерублены.

Генерал Молчанов донес о небоеспособности бригады.

Получив разрешение увести ее в глубокий тыл, он сделал переход в 100 верст. Утомленные таким маршем, молодые солдаты повалились в непробудный сон и успокоились от боевых потрясений.

23. Восточный Фронт в 1919.

Продолжительное и упорное сопротивление восставших рабочих Ижевского и Воткинского заводов красному натиску оказало значительное влияние на ход военных действий на Восточном Фронте.

Говоря об общей стратегической обстановке на всех фронтах к концу 1918 года, советский историк Н.Какурин ("Как сражалась революция", т.2-й, стр.33) сообщает о Восточном фронте: "Обстановка на этом фронте благоприятно складывалась для советской стратегии на центральном и южном его участках, особенно после падения ижевско-воткинского района, и носила неопределенный характер на пермском направлении"...

Прежде, чем переходить к продолжению темы этого очерка - описанию участия Ижевцев и Воткинцев в борьбе с красными - желательно осветить кратко ход событий в 1919 году, в частности на Восточном фронте.

1919 год оказался тем годом в гражданской войне, в котором противники проявили наибольшие усилия, в котором произошли наиболее упорные и кровопролитные битвы и в течение которого успех склонился в пользу большевиков.

События этого года решили успех борьбы и судьбу России на много лет.

Начало этого года застало красных в кольце окружения. Они не пропускают случая указывать на тяжесть сложившейся обстановки, в которой они очутились, и на то, что они вышли из этого положения победителями.

Однако, будучи окруженными, они имели на своей стороне огромное преимущество центрального положения, позволявшего им перебрасывать свои силы на важнейшие в данный момент участки, то есть действовать по внутренним операционным линиям.

Это преимущество было для них особенно выгодно потому, что их противники, разделенные пространством и трудностями сообщения, не только не могли помогать друг другу переброской резервов, но не могли и согласовать своих планов так, как этого требуют условия при действиях по внешним операционным линиям.

Причин этому было много.

Поляки и украинцы Петлюры, образовавшие свои фронты после ухода германцев из оккупированных районов, не были склонны иметь дружеские отношения и согласовывать свои действия с белыми русскими фронтами.

Они преследовали свои цели и не видели в большевизме общего врага.

Запутанная обстановка с перекрещиванием русских, местных, германских и союзнических интересов создалась в Прибалтике.

Фронты белых (Южный, Восточный, Северный и Северо-Западный) зарождались и росли, усиливались и слабели, переходили в наступление и отступали в зависимости от разных причин и местных обстоятельств.

Делались попытки к объединению и согласованию действий. Адмирал Колчак, как Верховный Правитель, был признан всеми отдельными русскими правительствами и, как Верховный Главнокомандующий, всеми русскими антибольшевистскими армиями. Но тесного объединения и полного согласования не удалось достигнуть не только между отдельными фронтами, но нередко и между составными частями одного фронта.

Большевики же сумели, хотя и с большими перебоями и не сразу, использовать те выгоды, которые им доставляло их центральное положение.

Обращаясь к тому же красному источнику - Истории Какурина - мы находим следующий вывод автора о положении красных фронтов (т.2-й стр. 34): ..."советская стратегия вступила в кампанию 1919 года под знаком усложнения и расширения ее задач на европейских театрах... В кампанию 1919 года условия окружения должны были более властно тяготеть над оперативным творчеством советского командования, чем в кампанию предыдущего года. Тогда его внимание и силы раздваивались в сущности лишь между двумя театрами: восточным и южным. Теперь к ним присоединились еще украинский и западный. В таком положении, вынужденное действовать по внутренним операционным линиям, советское командование должно было строго рассчитывать свои силы и возможности"...

Далее Какурин подробно останавливается на тех целях, которые советская стратегия ставила каждому фронту, и указывает, какими способами она стремилась этих целей достигнуть. Выходит так, что всюду было необходимо наступать и, для выполнения этого плана, всем фронтам слать подкрепления.

"Обстановка на южном театре, - читаем на стр.35, - требовала скорейшей ликвидации на нем противника. Угроза активного выступления на нем англо-французского империализма заставляла лишь спешить с выполнением этой задачи".

Для этого (стр.З6): "Первоначально предполагалось с Восточного фронта отправить на Южный 1-ую армию, бригаду из состава 5-й армии, 1-й и 6-й латышские полки и отряд Панюшкина. Наконец, к переброске... намечалась и 2-ая армия Восточного фронта".

Все эти переброски, кроме одной дивизии 1-й армии, были отменены или частично направлены на другие фронты.

"В конечном итоге (стр.37) особого усиления Южного фронта... не последовало".

На Украине происходило очищение немцами оккупированных районов и "главное командование (стр.39) задавалось активными целями, причем на образование этого фронта частично пошли подкрепления, первоначально предназначенные для Южного фронта"...

"Западному фронту предполагалось, в случае отхода немцев, немедленно занимать очищаемую ими территорию"...

"В дальнейшем... последовало приказание главкома Вацетиса действиям войск на Архангельском направлении придать также активный характер" .

"Несмотря на частичное ослабление этого (Восточного) фронта... главное командование сохраняло за ним все его задачи в прежнем их объеме" .

Наконец, на Северо-Кавказском фронте (стр.41) "положение начинало делаться угрожающим... несмотря на обилие в них (в 11 и 12 армиях) живой силы".

Поэтому красные выделяют район военных действий на нижней Волге, на Каспийском море и на Кавказе из ведения Южного фронта и образуют Каспийско-Кавказский фронт в составе 11 и 12 армий с Каспийской флотилией.

"Несмотря на трудное положение этого фронта, и ему в дальнейшем была дана активная задача"...

Как видно, красное командование совершенно не понимало способа ведения операций по внутренним операционным линиям.

Какурин не смеет критиковать советское командование прямо и говорит: "Такой способ действий мог навлечь и навлекал со стороны некоторых авторов упреки нашему командованию в том, что оно придерживалось стратегии не внутренних операционных линий, а "масляного пятна", то есть расползания фронтов по различным направлениям без ярко выраженной где бы то ни было идеи главного удара." Он пробует оправдать главное командование целым рядом соображений, но вскоре ряд ударов, нанесенных красным, заставил их обратиться к требованиям военного искусства, общего для всех и обязательного даже для гениальных пролетарских полководцев.

На белых фронтах создались другие неблагоприятные условия, в общих чертах уже отмеченные, которые встали на пути к победе над большевиками.

Из них особое внимание заслуживают причины, которые помешали наиболее сильным фронтам - Южному и Восточному - войти в тесное соприкосновение и объединить свои усилия.

Обращаясь к обстановке, сложившейся еще летом 1918 г., профессор полк. А.Зайцев ("1918 год", стр.192) пишет: "Освобождение Дона, возвращение Добровольческой Армии из похода на Кубань и образование фронта на Волге естественно ставило вопрос о согласовании усилий этих трех основных группировок русской контр-революции. И эта проблема с военной точки зрения была проблемой Царицына".

Эта проблема осталась лишь проблемой и в 1919 году - захват Царицына не был выполнен своевременно.

Добровольческая Армия была летом 1918 г. направлена ген.Деникиным на очищение от красных Кубани и Северного Кавказа. Ген.Деникин, конечно, имел свои основания к этому решению. Мотивы его, как и противоположные мнения сторонников движения сначала к Волге, на соединение с частями Адмирала Колчака, подробно излагаются у полк.Зайцева (стр. 192-202). Приведем только его заключение, которое он делает после обзора событий летнего периода 1918 г. (стр.218): "В дни, когда Дон и Восточный фронт, выдвигаясь на Воронеж, Волгу и Пермь, этим решали общероссийские задачи... Добровольческая Армия уходила, с Дона, на Северный Кавказ для освобождения Кубани. К этому надо прибавить, что на Восточном фронте более сильная Сибирская Армия в 1919 г. продолжала двигаться от Перми на Вятку, на второстепенном стратегическом направлении, удаляясь от района возможной встречи с Вооруженными силами Юга России.

Царицын был взят Кавказской Армией ген.Врангеля в июне 1919 года когда Восточный Фронт, под натиском красных, уже отступил к Уралу.

На Восточный фронт выпала "почетная" задача научить красное командование применять правильно основы стратегии и от "масляного пятна перейти к ударам сосредоточенных превосходных сил, разбивал своих противников по очереди. Восточный Фронт первым попал под такой удар.

А.Г.Ефимов.
(Продолжение следует)




ВПП © 2014


Вестник первопоходника: воспоминания и стихи участников Белого движения 1917-1945. О сайте
Ред.коллегия: В.Мяч, А.Долгополов, Г.Головань, Ф.Пухальский, Ю.Рейнгардт, И.Гончаров, М.Шилле, А.Мяч, Н.Мяч, Н.Прюц, Л.Корнилов, А.Терский. Художник К.Кузнецов