знак первопоходника
Галлиполийский крест
ВЕСТНИК ПЕРВОПОХОДНИКА
История 1-го Кубанского похода и Белых Армий

Содержание » № 90 Май 1969 г. » Автор: Аристов А. 




А. Аристов

КИЕВСКИЕ ГУСАРЫ /окончание/
Белое движение.

Еще в сентябре 1918 года, группа офицеров Киевцев, под председательством полковника А. Ф. Пущина, обсудив современное по- лоложение, постановили: захватить, сданный на хранение в Васильковский собор Штандарт Киевского гусарского полка и под ним начать формирование Киевского полка в Добровольческой армии, для чего ехать на Дон.

Во исполнение этого постановления, в ближайший день, штабс-ротмистром Авдеевым и старшим медицинским врачом доктором Макиевским-Зубок, после службы в городском соборе, когда настоятель храма показывал присутствовавшим офицерам достопримечательности храма, штандарт был спешно отнят от древка и вынесен, а через несколько дней тем же штабс-ротмистром Авдеевым благополучно доставлен на Дон.

Одновременно, разными путями туда стали стекаться Ки- евцы, старшим из которых был полковник А. Ф. Пущин. Одновременно прибыло 13 офицеров Киевцев и главнокомандующий Добровольческой армией генерал Деникин разрешил формировать дивизион 9-ой кавалерийской дивизии. Прибывший Штандарт Киевского гусарского полка, приказано было сдать на хранение в штаб главнокомандующего, что и было исполнено.

Для формирования дивизиона был указан г. Ставрополь. На фомирование дивизиона поступали молодые люди, частью призванные по мобилизации из станиц и сел, занятых Добровольческой армией, а частю добровольцами, бежавшими из Советской России: юнкерами военных училищ, вольноопределяющимися и учащимися высших и средних учебных заведений. Уже через несколько недель, стараниями офицеров, дивизион 9-ой кавалерийской дивизии представлял из себя вполне сплоченную и дисциплинированную часть.

В дивизион вошли три эскадрона: Киевский гусарский, Казанский драгунский Бугский уланский. Командиром дивизиона стал полковник Пущин.

В начале 1919 года дивизион был переброшен в район города Мариуполя, где принимал участие во всех боях с повстанцами, махновцами и подошедшими к этому времени большевитскими войсками. Под давлением противника, дивизион вынужден был отступить в г.Мариуполь, а оттуда пароходом был перевезен в г. Таганрог.

Надо заметить, что, бывший до того пешим, дивизион отныне распологал уже лошадьми, частью поступившими от ремонтных комиссий, а частью отбитых в боях у противника. Из Таганрога дивизион вновь был переброшен на борьбу с бандами Махно и большевиками. Киевский эскадрон под станцией Кальчик захватил большевистский бронепоезд "Красин" в полном порядке, а в атаке у колонии Клефельд взял два орудия красных, 6 повозок со снарядами и 200 пленных.

В июне 1919 г. Киевский эскадрон, переброшенный под Харьков, развернулся в дивизион из трех эскадронов: двух конных

и одного пешего и вошел в сводный полк 9-ой кавалерийской дивизии, который, в свою очередь, вошел в конный корпус генерал-лейтенанта Юзефовича.

В составе указанного корпуса, Киевцы учавствовали во всех боях, которые велись корпусом при общем наступлении Добровольческой армии летом 1919 года, в частности под г. Гадячем, ст. Беловоды, ст. Рубановкой, селами Галенка, Самбор и Сосновка. 18-го августа Киевцы учавствовали во взятии с боем гор. Нежина, а в 20-х числах вели бои по ликвидации конного корпуса красных "товарища Крапивнянского".

В сентябре состоялась переброска Сводного полка из-под г. Севска /Орл. губ./ на образовавшиеся вновь банды Махно в районе гор. Александровска. Из многочисленных столкновений, которые имели с противником Киевцы, особенно надлежить отметить бой 28-го окт. в районе Кичкаса, чго на реке Днепре. Здесь было захвачено много пленных и В руки гусар попало около 40 исправных пулеметов, много винтовок и снаряжения.

В декабре 1919 г. Сводный полк, ввиду общего отступления Добровольческой армии по всему фронту, отошел в Крым, ведя постоянно арьергардные бои с наседавшим противником.

В Крыму, по приказанию ген. Слащева, Сводный полк 9-ой Кавалерийской дивизии был развернут в 9-ую кавалерийскую дивизию и таким образом снова стал существовать 9-ый Киевский гусарский 4-х эскадронного состава полк.

В зиму с 1919 на 1920 год девятая дивизия вела тяжелые бои с советскими войсками около гор. Перекопа, удерживая за собой Перекопский вал. В это время единственными защитниками Перекопского вала были: 9-ая кав. дивизия и Донская дивизия генерала Назарова. Эта конная группа носила название - конницы ген. Морозова.

Когда, после общего отступления воех частей Добровольческой армии, произошло ее сосредоточение на крымском полуострове, по приказанию нового главнокомандующего ген. Врангеля, 9-ая кавалерийская дивизия, ввиду больших потерь, понесенных ею, была упразднена и все чины ее были сведены в один полк. Новый полк получил название 5-го кавалерийского, численный состав около 1500 сабель. Киевские гусары в нем составляли особый дивизион.

В составе 5-го полка, Киевцы принимали участие в общем наступлении армии в начале лета 1920 года и в боях на протяжении от Перекопа до Александровска. В этот период времени заслуживает быть отмеченным боевое столкновение нашей кавалерии, в котором живое участие принял и дивизион Киевских гусар, с советским конным корпусом Клобы. Корпус Жлобы по своей численности / свыше 5000 сабель / являлся очень серьезным противником. Дружными усилиями разных частей Добровольческой армии корпус Клобы был разбит на голову и лишь незначительные остатки корпуса и сам Жлоба прорвались на север, к своим.

В упорных боях 17 июля 1920 года 5-го кавалерийского полка с большевиками у села Камышеваха Киевцы понесли большие потери. В жестокой конной атаке был зарублен любимец Киевцев, временно командовавший полком полковник А. А. Трушевский, тяжело ранен командир Киевского гусарского дивизиона В. В. Берестовский и попал в плен краса и гордость дивизиона корнет М. А. Драгомиров.

Я знал корнета Драгомирова с его юношеских лет, когда он был еще кадетом, душевно скорблю об ЕГО утрате и в память его, этого юного героя и патриота, решил посвятить свой труд. Бой у села Камышеваха породил тяжелое чувство в большинстве из его участников. Каждому из них уже было ясно, что из борьбы в настоящем ее виде, выйти победителем невозможно, всякая надежда на успех была потеряна. Армия с каждым днем заметно таяла, крупные соединения сводились во все меньшие и меньшие боевые единицы, а пополнения не поступали. Советское же командование, закончив войну с Польшей, перебросило для ликвидации Крымского фронта свои свободные корпуса, которые и навалились на изнемогавшую под тяжестью неравной борьбы армию ген.Врангеля.

28-го октября 1920 года от главнокомандующего всеми вооруженными силами Юга России последовал приказ прекратить боевые действия на всем фронте борьбы и всем частям в полном порядке отходить в порты Черного моря для посадки, по детально разработанному плану эвакуации воинских частей и населения, на пароходы, воен-н ные корабли, транспорты и прочие плавучие средства.

Армия грузилась в портах: Севастополя, Ялты, Феодосии, Евпатории и Керчи. Коннице для посадки была назначена Ялта. Киевцы погрузились в 11 часов 2-го ноября и вышли в море. Погрузкой лично руководил генерал Врангель, который под громовое УРА с мола и кораблей был на руках внесен на пароход.

Стоя на борту и отдав приказание отходить, генерал громко крикнул: "Покидая последний кусок нашей земли, крикнем нашей бедной, изстрадавшейся Родине громкое русское УРА!". Со всех кораблей и с мола под звуки русского гимна разносилось долго несмолкавшее УРА...Многие рыдали...Корабли медленно отплывали в неизвестность...

Совсем иное происходило с погрузкой больных и выздоравливающих офицеров и солдат Киевцев, а также их семей. Все они находились на своей постоянной базе в колонии Кианлы и не будучи своевременно уведомленные об эвакуации, а узнав о ней случайно, бросились к Феодосии, так как в Ялту поспеть во-время было уже невозможно. После долгих пререканий кое-как удалось втиснуться на переполненный пароход "Аскольд", стоящий в Феодосийском порту.

Посадка в Феодосии, по словам участников ея, не блистала тем порядком, которым сопровождалось она в других портах Черного моря. Ветеринарный врач 5-го кавалерийского полка был толпой свален с ног перед самым пароходом и задавлен. Таких случаев, к сожалению, было несколько. Люди цеплялись за канаты, лезли по ним, срывались, падали в воду и тонули. Посадка сопровождалась криками, истерикой, бранью, стрельбой и, наконец, взрывами снарядов на расположенных невдалеке складах.

В ночь со 2-го на 3-е ноября 1920 года, части 5-го кавалерийского полка, находившиеся на полковой базе в колонии Кианлы, отплыли в Константинополь . Нет слов описать все теужасы, которыми сопровождалось плавание по Черному морю набившихся до рискованного для плавания предела беженцев в течении пяти суток.

С Божьей помощью, стараниями капитана 7-го ноября вечером "Аскольд" подошел к Константинополю и, пройдя Босфор и Золотой рог, остановился в Мраморном море. Здеоь уже в полном порядке

стояли в линии колонн все вышедшие из различных портов Черного моря, военные корабли, транспорты и пароходы и их об'езжал, стоя на борту своей яхты " Лукул " генерал Врангель, всюду при проезде встреченный восторженными криками УРА.

В ближайшие дни всо воинские часги, кроме казаков, были размещены в Галлиполи, казачьи же части на острове Лемносе. Киевцы, таким образом, очутились в Галлиполи, войдя в состав корпуса генерала Кутепова. Конница в это время была сведена в дивизию из 4-х полков под командованием ген. Барбовича.

Киевцы вошли в 3-ий эскадрон 2-го кавалерийского полка. Командиром эскадрона был назначен доблестный полковник В. В. Берес- товский, кавалер ордена Св. Георгия, Георгиевского оружия и многих боевых офицерских орденов. Офицеров-Киевцев в эскадроне было 25 чел.

После долгих хлопот ген. Врангеля, вся конница была отправлена из Галлиполи в Сербию на службу в сербскую пограничную охрану. Эскадрон, в котором числились Киевцы, был направлен на Албанскую границу. Офицеров-Киевцев теперь числилось только 18 чел., остальные раз'ехались по разным странам, где и осели, найдя себе работу или занятие.

13-го сентября 1921 года, эскадроны разошлись по постам для несения службы по охране границы. Служба была пешая и в гористой местности, не легкая.

В 1923-м году пограничная стража была упразднена, а вместо нее был учрежден финансовой контроль. Кавалеристы, в том числе и Киевцы, разбрелись по разным местам Сербии и главным образом в Белград и г. Скопле. Ввиду того, что многим пришлось делать непривычную для них тяжелую работу, главное командование решило снять таких с работы и вновь определить их на службу в финансовой контроль на болгарскую границу.

Снова собралась довольно значительная группа Киевцев в г. Скопле - месте формирования отряда, или точнее, "граничной труппы". Всего Киезцев, считая офицеров и солдат, собралось около 100 человек. Служба была не тяжелая и уже не новая. Материально все офицеры и солдаты были обставлены хорошо.

Служба в финансовом контроле и на этот раз продолжалась недолго. Русские части стали сниматься с границы одна за другой и последним, оставившим в конце 1923 года службу в финансовом контроле, был эскадрон Киевского гусарского полка, направленный на работу по сооружению шоссе. Условия работы были сравнительно хорошие.

7-го апреля 1924 года работавших проведал ген.Врангель, восторженно встреченный Киевским эскадроном.

15-го августа 1924 г., Киевцы, из-за сокращения работ, были переброшены на другое место работ, на железный рудник, при чем работа здесь была очень тяжелая, однако, случай помог им избавиться от нее. Дело в том, что проживающий в г. Белграде, бывший правитель Албании, Ахмет бей Зогу, поддерживаемый верными ему албанцами, решился на переворот в Албании, где в управлении страной были просоветски настроенные политические деятели.

Обратившись, конечно, не официально за поддержкой своей операции к русским частям, Ахмет бей Зогу нашел живой отклик в эскадроне Киевцев, сoгласившихся помочь ему овладеть Албанией с целью изгнания оттуда большевиков.

В 24 часа эскадрон Киевцев снялся с работ на руднике и отправился в город Дебар на албанской границе, где происходило формирование отряда для похода в Албанию. Русский отряд, в котором главную часть состтавляли Киевцы, имел горную батарею и пулеметную команду.

Оба отряда: русский и албанский, из сторонников Ахмет бей Зогу, численностью до 2000 чел., перешли границу и в тяжелом бою наголову разбили противника и при ликовании населения вошли в город Тирану. Большевики из Албании были изгнаны.

С тех пор эскадрон Киевских гусар, перенесший тяжелые бои с советскими войсками на юге России, пройдя через страду эвакуации и Галлиполи, отбыв службу охраны границ Сербии, вкусив горькой доли на тяжелых земляных и рудниковых работ в Сербии и затем ставший снова на борьбу, но уже в Албании, был зачислен на албанскую службу. Отряд имел блестящий вид, сплочен, хранил традиции и находился в твердых руках своего любимого командира, полковника Берестовского. По заверению правителя Албании, короля Ахмет Зогу, данному им в феврале 1926 г., вскоре после завоевания им страны, русский отряд может пребывать на албанской службе сколько пожелает.

Такова краткая история жизни и деятельности Киевских гусар.

Сгруппировавшиеся в большом количестве в Париже офицеры Киевцы образовали "'об'единение Киевских гусар", находившееся в прямом подчинении начальнику всей русской кавалерии, а через него Председателю Русского Обще-воинского Союза за границей.

Заключение.

Трудность собирания деталей эпизодов войны в условиях нашего рассеяния, частая противоречивость в поступающих ко мне материалов, вынуждали меня, для достижения исторической правды, изображать события так, как они мне представлялись истинными на основании веденного мною дневника войны, приказов и официальных описаний и только в редких случаях - личных воспоминаний.

Эта трудность усугублялась и из-за полной гибели в 1918 г очень ценного полкового архива и полкового музея в пятом запасном кавалерийском полку, который был расположен в г. Балаклаве Харьков. губ. Туда с об'явлением мобилизации в 1914 г., были отправлены на хранение архив и музей полка. Весной 1918 г. при занятии этого города большевиками, ими были сожжены все хранилища 5-го запасного кавалерийского полка.

Погибли труды старейшего гусара-Киевца полковника И.Ф.Фомицкого, 27 лет прослужившего в полку, создателя, собирателя и хранителя полкового музея Киевского гусарского полка.

А. Аристов
/ подполковник 9-го Киевского гусарского полка /.




ВПП © 2014


Вестник первопоходника: воспоминания и стихи участников Белого движения 1917-1945. О сайте
Ред.коллегия: В.Мяч, А.Долгополов, Г.Головань, Ф.Пухальский, Ю.Рейнгардт, И.Гончаров, М.Шилле, А.Мяч, Н.Мяч, Н.Прюц, Л.Корнилов, А.Терский. Художник К.Кузнецов