знак первопоходника
Галлиполийский крест
ВЕСТНИК ПЕРВОПОХОДНИКА
История 1-го Кубанского похода и Белых Армий





А.Ефимов
ИЖЕВЦЫ И ВОТКИНЦЫ

37. Река К а н 

После коротких ночлегов в с.Чистоостровском, части Третьей армии двинулась, следом за Второй армией, к устью реки Кан.

Конный Ижевский полк выступил в полночь 7-8 января и через некоторое время встретил арьергард Второй армии - один из полков второй Уфимской "кавалерийской дивизии». Восстановилась связь со второй армией и с шедшим с ней Главнокомандующим, генералом Каппелем. Эта связь оборвалась перед подходом к Щегловской тайге, около 19-20 декабря, может быть - раньше. Три недели к армии не доходили приказы и ориентировки Главнокомандующего и сведения о движении соседей. Случайные, краткие сообщения от случайных лиц, иногда - по слухам, в счет, конечно, принимать не приходилось.

В арьеогарде Третьей армии при движении из Чистоостровского двигался, согласно распоряжению начальника дивизии, 1-й Ижевский полк. Преследования со стороны противника не было.

Конный Ижевский полк, сделав переход около двадцати восьми верст, утром 8 января пришел в большое село Атамановское. Село оказалось пустым. Обнаруженный в одной избе дряхлый старик, единственный житель села, оказавшийся налицо, сообщил, что село подвергалось нападениям карательных отрядов. Бывали жестокие расправы с жителями за налеты красных партизан на железную дорогу. Пои появлении наших частей, большевистские агенты распространили слухи, что идут большие силы "колчаковцев", от которых никому не будет пощады. Поэтому все население ушло в леса.

Вследствие большой усталости и людей, и лошадей, полку устроили "большой привал". В брошенных избах можно было найти картошку, муку и для лошадей - сено. Приказано не брать ничего лишнего и никаких вещей.

В четырнадцать часов полк приготовился к выступлению в деревню Подпорожное. От проводника узнали, что в эту деревню жители ездят зимой по льду Енисея - путь короче и удобнее. Но проводник не был жителем села Атамановское и не знал, где удобный спуск к реке. Из села несколько лесных дорог вели в сторону Енисея. Узнать о нужной правильной дороге было не у кого. Выбрали наугад одну и по ней, пройдя версты две, вышли к реке.

Берег оказался крутым, высотой в пять-шесть саженей. Выбрали мелкую ложбину, почти прямо спускавшуюся к реке, повидимому, русло небольшого ручья. Сначала несколько спешенных всадников прошли по ложбине, проверили дно и умяли снег.

Сделали пробу сводить вниз лошадей. Первый конь начал скользить, поджал задние ноги, сел на круп и благополучно скатился к реке. Большинство – с’ехало тем же порядком, а некоторые падали на бок и скатывались в таком положении. Сани спускали без лошадей. Они шли вниз хорршо, ни одни не перевернулись и, достигнув ледяной поверхности реки, продолжали с разбегу скользить дальше на сто - сто пятьдесят шагов.    

Примененный способ отправки лошадей и саней с высокого ое- рега реки понравился всадникам и вызвал оживление. Начали бить- 

ся об заклад, опустится очередной конь сидя или повалится на бок, проскочут ли следующие сани дальше других или нет, пролетят ли мимо или ударятся в уже находящиеся внизу...

Операция спуска на лед заняла не больше двух часов. Заседлав коней и запрягши сани, полк двинулся на деревню Подпорожное, куда пришел около двадцати часов 8 января.

* *
*

В этот же день после полудня из деревни выступили на Кан части Второй армии. Впереди шла четвертая Уфимская дивизия, в составе которой находился запасной батальон Ижевцев. За уфимцами двигалась восьмая Камская дивизия. Главнокомандующий ген.Каппель со своим штабом и конвоем шел впереди с Уфимцами. Его начальник штаба, генерал Богословский, отстал под Красноярском, сдался врагам к был позднее расстрелян красными.

Указанным передовым частям прокладывание дороги по быстрой горной речке досталось тяжело, со многими жертвами (помороженными) и с потерей значительного количества лошадей, саней и имущества. В некоторых местах ледяная поверхность реки была покрыта водой и под ней было трудно находить безопасный путь. Очень большим препятствием оказались пороги, где вода бурлила среди камней и найти проход являлось рискованным делом, отнимавшим много времени. Недостаточно крепкие морозы последних дней привели к тому, что Кан не не покрылся льдом в той мере, когда движение по нему могло происходить безопасно. Движение ночью еще больше усиливало все трудности. Жители этого района еще не пробовали ездить по Кану.

Совершенно непроходимыми были пороги при впадении Кана в Енисей. Но их можно было обойти, поднявшись на гору, подходившую к деревне, и спустившись на Кан выше порогов. Под'ем на крутую гору, сначала по лесной дороге, потом по просекам и целине, оказался не легким, с частыми задержками и занял много времени. Так же тяжел был и спуск на лед.

К реке головная часть добралась в сумерках. Прошли несколько верст вверх по Кану и остановились: на реке - вода. Были посланы конные разведчики выяснить, возможно ли дальше двигаться.

Наступила темная ночь. Ударил сильный мороз. Вдоль пути остановившееся колонны зажглись костры. Долго не возвращались разведчики. Начали опасаться, что дальше не пройти. Заговорили о необходимости бросить сани и двигаться верхом. Раненых, больных и семьи следовало отправить назад в Подпорожное. Решение - двигаться ли дальше - пришло из рядов ижевцев запасного батальона. Участница похода О.П.Петрова, супруга генерала Петрова, вспоминает об этом эпизоде;

"Ижевцам, видимо, надоело ждать и, кроме того, до них дошел слух, что семьи отправят обратно. Они крикнули: "Айда!" и покатили к голове колонны. На минуту остановились перед полыньями, - наверное представляли себе безнадежность возврата в Подпорожное, - и вновь крикнули "айда!" и - снова покатили. Лед их выдержал. Это были не настоящие полыньи, а вода сверх льда от каких-то ручьев с берегов...За ними снова все потянулись. Вопрос разрешился сам собой"...

Движение передового отряда было медленным. Приходилось осто- рожно выбирать дорогу, тек как встречались полыньи, в которые проваливались неосторожные люди. Наступивший пороз укреплял лед, но когда сани попадали в места с водой, смешанной со снегом, они быстро обмерзали, и усталые лошади с трудом вытягивали их на сухое место. Если лошади не могли быстро протащить сани, то они примерзали ко льду и их с трудом могли освободить. Много примерших саней было брошено.

Наступил день 9 января. Ночной мороз не сковал полностью ледяную поверхность Кана. Движение продолжалось, как накануне, с частыми задержками.

Вскоре после полудня вторая Уфимская кавалерийская дивизияя, видимо утомленная медленным движением позади передовых частей, обогнала колонну, прокладывая свою дорогу. Но пришлось выйти на общую дорогу, перемешавшись с другими частями. Происшедший беспорядок нарушил управление движением. Тяжелый поход продолжался.

Приходит вторая ночь на Кане. Участники вспоминают о необычайной усталости, жестоком морозе, апатии, галлюцинациях, охвативших многих. За каждым поворотом реки ждут появления давно ожидаемой деревни Варга. Начинают мерещиться огоньки, слышится лай собак и крики петухов... Торопятся к этим признакам жилья. Все пропадает... Впереди попрежнему только ледяная поверхность реки, сжатая темными берегами.

От усталости люди засыпали в санях и в седле. Мороз гнал их согреться. Соскакивали на лед и пробовали бегом разогреть промерзнувшее тело. Часто попадали в воду, промачивали валенки и ноги. Было много обмороженных.

Очень тяжело поморозился генерал Каппель, шедший впереди с разведчиками и вместе с ними отыскивавший в воде проходы для двигавшейся сзади колонны. Он обморозил ноги и получил воспаление легких.

Медленное продвижение по Кану передовых дивизий вынудило оставшиеся в деревне Подпорожная части Третьей армии оставаться на месте весь день 9 января. Они получили неожиданную дневку. Правда, эти дневка не дала настоящего полного отдыха. Небольшая деревня не могла приютить под крышей всех. Люди по очереди сменялись для того, чтобы согреваться в избах. Больше времени приходилось проводить у костров на улице деревни, прыгая на месте и оттирая носы и уши, сильно страдавшие от жестокого мороза.

Мороз, с другой стороны, оказал огромную услугу при дальнейшем движении по реке. Для Третьей армии переход по Кану до деревни Усть Барга, равный, примерно, восьмидесяти верстам, был значительно легче, чем для шедших впереди Уфимской и Камской дивизий. К утру 10 января все пороги были скованы морозом и вода, во многих местах покрывавшая поверхность льда и сильно затруднявшая продвижение передовых частей, обратилась в крепкий лед.

Ижевский конный полк, выступигший в пять часов утра 10-го января, остановившийся на полпути для короткого, получасового привала, достиг деревни Усть Варга за девятнадцать часов, в то время, как УФимцам, прокладывавшим дорогу, пришлось потратить около тридцати шести часов, а отставшие подходили еще позже.

К 11 января прошедшие по Кану части собрались в деревне.

Усть Барга и в ближайших деревнях. Дальнейший кратчайший путь и более удобный лежал через город Канск. По сведениям, там собрались крупные силы красных - подошли с севера, из района Тасеево и других мест партизаны, перешел на сторону противника Канский гарнизон и были собраны местные большевистские отряды.

Красные усиленно укрепляли позиции на подступах к городу. Заняты были также селения, лежавшие на реке Кан, к югу от города Канска.

Ввязываться в бой, не приведя в порядок свои силы после событий у Красноярска, после тяжестей перехода по реке Кан, не зная еще, кому удалось пройти, не имея в запасе огнеприпасов, - не было никаких оснований.

Связь с отрядами, прошедшими мимо Красноярска, еще не была налажена. Дня через два были получены сведения из группы генерала Вержбицкого, что попытка пройти через город Канск встретила упорное сопротивление красных. Генерал Вержбицкий решил пробиваться в обход Канска с юга. Такое же решение было принято ге нералом Войцеховским для движения с Уфимской группой (4 УФ. и 8 Камск. стр. дивизии, 2 Уф. кав. див. и несколько мелких единиц). Генерал Войцеховский, чтобы избежать столкновений с противником своих сильно пострадавших частей в боях у Красноярска и затем понесших новые потери обмороженными на Кане, приказал двигаться в обход города Канска, по маршруту: Высотина - Заозерная - Бородино, Усть-Крульское - Под'яны.

Третья армия двинулась по более короткому пути на ст.Бражное. В голове армии шла Ижевская дивизия с конным полком в авангарде .

Из штаба армии на разведку в Канск вызвался подполковник Ловцевич. В солдатской шинели без погон он отправился во вражий стан. В одном месте он был задержан красным патрулем: "Что-то ты похож на колчаковского капитана..." Но Ловцевич сумел отвертеться от подозрений и удачно выполнил свою задачу. Побывав в разных районах города, он собрал ценные сведения, подтвердившие, что красные имеют в Канске значительные силы и продолжают усиленно укреплять свои позиции.

Ижевский конный полк выступил из Усть Барга 11 января и через деревню Орловка пришел в деревню Ивановка, где расположился на ночлег. Утром 12 января полк через деревню Солянка и через переезд железной дороги у 909-й версты дошел до села Бол.Уринское на Большом Сибирском тракте. При пересечении железной дороги была встреча с чехами. Их эшелон стоял около переезда и в нем было несколько конских вагонов. Один из всадников спросил у чехов, не могут ли они дать немного овса, те ответили, что есть только для себя.

            - А если я заплачу вам серебром? - задал вопрос всадник.

Лица чехов сразу прояснились;

        - О, мы очень бы хотели привезти домой, на "память" Русские серебряные монеты!

Быстро организовался торг и была установлена цена на овес. За мерку, величиной, примерно, в гарнец, взималась плата "на память", что-то около тридцати копеек. Захваченное под Красноярском серебро пригодилось, чтобы подкоршть наших верных походных друзей.

В другом духе произошла встреча у первого Ижевского стрелкового полка. Полк подошел к железнодорожному раз'езду, от которого собирался двинуться чешский эшелон. Заметив, что полк начал переходить через полотно железной дороги, привыкшие к беззастенчивому хозяйничанью в тылу, чехи отправили командиру полка требование приостановить движение, пока их эшелон не пройдет дальше на восток. Требование было пред'явлено, как подлежащее немедленному исполнению. Командир полка тут же отдал приказ командиру пулеметной команды поставить по два пулемета с каждой стороны дороги и открыть огонь по вагонам, если эшелон двинется, а чешскому посланцу заявил:

- Отправляйтесь к своему командиру и доложите мой ответ.

Чех поспешил удалиться. Эшелон не двинулся, пока весь полк не перешел через железнодорожное полотно.

Необходимо оговориться, что один из чинов первого полка уверяет, ито этот эпизод произошел раньше, у Ачинска. Это не ссответствует ходу событий. К району Ачинска полк подошел 1-го или 2-го января - в то время все чешские эшелоны были в Красноярске или дальше к востоку.

В селе Б.Уринское были сделаны попытки узнать от местных крестьян, занято ли Бражное отрядами красных, есть ли у них орудия и так далее. На все вопросы получались ответы, что им ничего не известно. Уклончивые, боязливые ответы говорили о возможности всречи с противником.

38. Обход города К а н с к а

У Канска и к югу от него красные готовились не пропустить остатки нашей армии на восток. За исключением некоторых небольших частей, двигавшихся отдельно и ставших жертвой противника, остальные отряды без особых затруднений проложили себе дорогу.

Повидимому, первой к району Канска подошла группа генерала Вержбицкого (Воткин.,Иркутс.,Омск, и Добров.дивизии с придаными и присоединившимися частями). От группы была выслана усиленная разведка на город. Она была встречена красными на их укрепленной позиции и отошла на свои главные силы с потерями.

Генерал Вержбицкий решил обойти Канск через село Бражное, около двадцати верст к югу от города. В авангарде группы в эти дни двигались, по очереди, Воткинская и Иркутская дивизии. В тот раз, 11 или 12 января, впереди шла Воткинская дивизия. Воткинский конный дивизион атаковал отряд красных партизан, загородивших дорогу. Партизаны не выдержали атаки и разбежались. Часть их - несколько десятков человек, бросившиеся или загнанные на реку, были порублены воткинцами. Заняв село Бражное, группа генерала Вержбиикого остановилась на ночлег.

Южнее действовала группа генерала Сахарова. Со своим небольшим отрядом он к вечеру 10-го или 11-го января подошел к большому селу Голопуповка (Верх.Аманаш) и там застал много действовавших самостоятельно частей, в том числе - первую Кавалерийскую дивизию, Сибирскую казачью бригаду, отряд Оренбургских казаков и других. По сведениям генерала Сахарова ("Белая Сибирь, стр.249-254) в селе находилось пять-шесть тысяч человек.

Генерал Сахаров об'единил действия всех этих частей и на следующее утро атаковал красных двумя колоннами.

Одна из этих колонн вела наступление в лоб и была задержана противником. Другая - обошла красных с их левого фланга и ударила в тыл.

Противник дрогнул и, бросая оружие, бежал к городу Канску.

А.Ефимов
(Продолжение следует)





ВПП © 2014


Вестник первопоходника: воспоминания и стихи участников Белого движения 1917-1945. О сайте
Ред.коллегия: В.Мяч, А.Долгополов, Г.Головань, Ф.Пухальский, Ю.Рейнгардт, И.Гончаров, М.Шилле, А.Мяч, Н.Мяч, Н.Прюц, Л.Корнилов, А.Терский. Художник К.Кузнецов